– Вы там тоже ничего не сделаете вшестером! Вам всем нужно уйти, Дзаба! Будь благоразумнее! Идите в сад, там сбор! А здесь… Здесь густой дым, которого все больше. Вы не дойдете до Древесного зала! Лучше найдите еще выживших по дороге, способных держать меч! Со звоном колоколов мы вернемся, а дым к тому моменту может развеяться!
– Нет-нет… – уперто закачал головой мастриец. – Умрет принцесса – умрет Нор’Мастри!
– Тебе не спасти принцессу в таком состоянии. Черт тебя возьми, Дзаба, будет больше толка, если ты соберешь людей в саду в атаку, чем умрешь здесь, не дойдя!
Дзаба склонился почти к самой земле, не переставая кашлять. Дышать в зале уже было невозможно. Над головами стояла черная завеса дыма, которая с каждой минутой опускалась все ниже – тлели огромные гобелены, простирающиеся от потолка к полу, тлело золото, вплетенное в них. Где-то в густой завесе послышался грохот – это один гобелен, крепления которого обгорели, рухнул, похоронив под тяжелой тканью несколько столов.
– Хорошо! – отозвался посол, пересилив свой порыв. – Ты прав. Пойдем… Пойдем в сад, да побыстрее! Соберем всех, кто там!
И Юлиан повел за собой мастрийцев, которые схватились друг за друга, будучи совсем слепыми в этой удушающей тьме. Кто-то едва не терял сознание. Дзабанайе было хуже всех – именно он первым прыгнул в сторону одного из магов, которые попытались распространить огонь, и именно по нему тогда полоснуло пламенем, как плетью.
Юлиану тоже было очень тяжело дышать, но, к его удивлению, он чувствовал, как непрестанно колотится его сердце, чувствовал движения дара – тело боролось, не позволяя упасть в обморок. И он понимал, что не окажись рядом с мастрийцами, они, вероятнее всего, без проводника задохнулись бы в попытке пройти по коридорам, и не важно куда: к древесному залу или к саду.
Он вел за собой вереницу, попутно осматривая убитых – нет ли среди них Иллы?
В конце концов они медленно вышли по уже тихим коридорам, полным дыма, туда, откуда Юлиан попал во дворец. Двери многих были распахнуты – все выжившие, не в силах отпереть оплавленную дверь, догадались перелезть через окна.
– Туда… Туда, через окно!
В саду он уже слышал голоса; голоса, однако, испуганные. Чуть погодя Дзабу уже бережно опускали на землю в тот миг, когда он потерял сознание от боли. Кто-то из мастрийцев побежал искать лекаря, ну а Юлиан вернулся в дымные коридоры. Там дым уже стоял почти монолитной стеной, от пола до потолка.
Где же Илла? Неужели еще в том кабинете? Снова дойдя до развилки, Юлиан пошел уже прямо по коридору, полному черного дыма. Все вокруг горело и тлело, а густой едкий дым обволакивал, щипал глаза и не давал глубоко вдохнуть. Он закашлялся, уткнулся носом в рукав, ибо шаперон уже где-то потерял, и, качаясь, подошел к двери. Затем дернул ручку – заперто изнутри. Тогда он налег плечом, и дверь, треснув, распахнулась, ударившись о стену.
Тут же позади Юлиана из дыма родилась неясная фигура, но он успел перехватить руку Латхуса с кинжалом.
– Достопочтенный! – позвал он.
– Стой, Латхус, – отдал приказ советник.
Латхус исчез во всполохах тумана и появился уже рядом с хозяином. Его хозяин сидел тут же, в кресле у распахнутого настежь окна, и мрачно смотрел на вошедшего.
Илла Ралмантон был цел и невредим, но дышал тяжело, хватался костлявыми пальцами за чахлую грудь и все не мог насытиться свежими порывами воздуха, залетающими в окно. Юлиан увидел подложенные под дверь гардины, сорванные наемником, чтобы предотвратить распространение дыма, но дым все равно продолжал расползаться через верхние щели, медленно наполняя комнату.
– Вам опасно здесь оставаться, – заметил Юлиан.
– И что ты предлагаешь? – спросил насмешливо советник. – Пойти туда, в коридоры, где я умру от заклинания или кинжала? Увы, Абесибо решил пойти на крайние меры…
Илла Ралмантон подпер устало лоб ладонью, растеряв ту недолгую самоуверенность, маску которой надел на себя.
– Нужно уходить, достопочтенный. Вы можете и не умереть от заклинания или кинжала, но дым точно убьет вас, и без того слабого и больного.
И Юлиан подбежал к окну и выглянул вниз с четвертого этажа. Там, на площадке перед дворцом, завязался бой между магами и гвардией, и, похоже, что маги пока брали вверх и сдерживали натиск. Спускаться нельзя – их тут же убьют изменщики.
Тогда он заходил быстрым шагом по комнате, пока за ним зорко наблюдали Илла и его наемник Латхус.
– А где Тамар, достопочтенный?
– Я отправил его в Коронный дом.
– Что он сделает один?
– А что ты сделаешь там, если предлагаешь покинуть безопасные комнаты? – иронично заметил Илла.
– Я выведу вас в сад, там нет магов, потому что они все собрались на штурм Коронного дома. Достопочтенный, пойдемте, верьте мне, вам здесь лучше не станет, и вы, в конце концов, задохнетесь.
