Фитиль прошел на середину комнаты и рассеянно огляделся: книжные полки, трещащие от натуги из-за количества пыльных экземпляров, горы бумаг, запертые сундуки, длинный стол у стены, на котором что-то лежало, и засилье ламп. Здесь было так светло, будто бы солнце из-под небес веревками подтянули в покои к Архимагу. Обернувшись к замершей за дверью свите, брат короля мягко кивнул.
– Подождите меня этажом ниже, друзья, – сказал он.
Дверь закрылась. Раздались шумные шаги спускающейся по винтовой лестнице толпы. Чуть погодя Фитиль сел в кресло и скромно огляделся. Взор его ненадолго задержался на столе с трупом, а чертенок на плече заметался, почуяв кровь. Впрочем, очень скоро юноша снова продолжил что-то искать в обстановке комнаты. Похоже, он хотел провести разговор наедине, а потому искал взглядом слуг архимага, чтобы попросить их уйти, но не видел.
– Я не вижу здесь прислуги, мудрейший, – шепнул Фитиль озадаченно. – Вы не боитесь оставаться одни?
– Нет, ваша милость, – ответил маг. – Пусть боятся те, кто застанет меня одного. Так что же вас тревожит?
– Мне не спится. Я боялся побеспокоить вас, но мои друзья сказали, что вы тоже бодрствуете по ночам, – краснея, ответил Фитиль.
– Это грех всех стариков.
– Вы были заняты? – Фитиль снова взглянул на длинный стол, угадывая под полотнищем очертания тела. – Это… труп? – и он пригладил чертенка, ноздри которого раздувались от сладких запахов.
– Это исследования, ваша милость… Они требуют времени и жертв. Но исследования для моего чина на фоне ответственности уже обязаны быть лишь баловством в свободное время, и никак иначе. Так что вы никоим образом не отвлекаете меня.
– Хорошо. Тогда, пожалуйста, помогите мне, разрешите мои… Мои терзания. Я хочу знать, почему мой брат не идет войной на Север?
– Неужели вам ничего не рассказывали?
– Нет.
– И почему же? – спросил Абесибо.
– Я не могу попасть ни к брату в покои, ни к племянникам уже как с неделю. Они выставили охрану, которая никого не пускает. Достопочтенные Асуло и Крон тоже заняты. Мудрейший, я слышу много недовольств. Все вокруг шепчутся. Я думал поначалу, что союз с мастрийцами – это такая шуточка, но мои друзья пожаловались мне, что их родителей уже заставили платить военный налог. Не знаю, каким образом его рассчитывают, но, представляете, семью церемониймейстера Ратуши принуждают уплатить в казну 700 золотых сеттов ко дню Гаара…
– Рассчитывается налог от жалованья, чина и размера земель, находящихся во владении семьи, – подсказал маг. – Но разве касаются ли лично вас наши налоги и обременения, ваша милость?
Фитиль помялся и пригладил рассеянно хвост Белого лучика, который продолжал беспокойно то метаться по подлокотнику, то стрекотать.
– Сегодня я узнал, что мой брат приказал распустить половину моих всполохов, а еще избавиться от всех ловчих птиц. И трех сокольников…
– Ах, вот оно что… – улыбнулся жестко Абесибо, который понял причину прихода. – Да, его величество решил потуже затянуть пояса нам всем.
– Но зачем ему мои соколы?
– А вы знаете, Фитиль, сколько стоит содержание что ловчих птиц, что песчаных змеек с юронзийских пустынь?
– Нет, – щеки Фитиля вспыхнули. – Но неужели у моего брата мало золота? Ах, зачем ему понадобилось лишать меня единственного удовольствия в моей пустой жизни! И меня не пустили к Морнелию, будто бы я чужак, коим я себя и чувствую! Хожу гримом по дворцу. И только мои друзья желают видеть меня.
– Я понимаю вашу трагедию. Но что же вы хотите от меня? Узнать, почему ваш брат избрал путь войны с югом, а не с севером?
– Да! Я ничего не понимаю, достопочтенный. Я помню те сказки, что вы рассказывали мне в детстве о богатствах севера. О пещерах, полных магии, о спрятанных артефактах.
– То не сказки, мой юный друг, – жестко отозвался Абесибо. – Но, боюсь, я разочарую вас, касаемо ответа насчет войны.
– Почему? – воскликнул Фитиль, решив, что и архимаг не желает тратить на него свое время.
– Я сам не знаю…
И Абесибо показательно развел руками, наблюдая острым взором за тем, как брат короля пришел в недоумение.
– Как не знаете?
– А вот так, – голос Абесибо стал тише, и маг шепнул заклинание, проверив, не подслушивают ли их, и только потом продолжил. – Его величество болен. Когда ваш брат, Джамо, отравил его Песнью Девы, яд лишил его не только зрения, но и… некоторой степени осознания действительности.
– Ума? – переспросил наивно Фитиль.
– Пусть будет ума, да. Даже вы понимаете, ваша милость, что нам для величия нужен север. Север – это океан магии, сокрытый под горами в месте шва; это спрятанные в снегах конструкты демонов, обладающие огромным источником магии – мы находили несколько конструктов здесь, на юге, но из-за злого рока они пропадали; это богатые, но слабые королевства, которые обеспечат нас рабами, золотом и прочими ресурсами.
Фитиль потупил взор.
– Да-да. Но, может быть, вы мало говорили об этом с моим братом? Может, он не знает?
