– Великий, при всем моем уважении, но притвориться подобным существом и выжить в храме Паука – это далеко не слабые возможности в магии смерти и духа, – осторожно заметил контрабандист. – Я не был на подобных церемониях ни разу… Но если там вдруг появится посторонний, его сразу убьют. Значит, подмены не распознали. И, следовательно, этот человек чародей куда выше среднего уровня.
– Раньше был. – Спорить с очевидным было глупо. – Но сейчас он наказан лишением почти всех своих магических сил и заключением…Куда-то. А я его, идиота, спасаю.
– Но кто мог вот так просто взять и отобрать дар к магии? – удивился Рилд, даже помотав головой. – Ведь на это способны только… Боги?
Последнее слово контрабандист произнес почти шепотом, на всякий случай вжав голову в плечи. Кстати, судя по тому, как зашевелились его длинные волосы, до парня стала доходить глубина той ямы, куда он может ухнуть при расследовании данного дела.
– В данном случае морская богиня и архидемон Окреш, – подтвердил я его самые худшие предположения, чем заставил несчастного темного эльфа уже даже не посереть, а практически побелеть до состояния своего светлого сородича. – Но успокойся, противодействие может ожидаться если только со стороны последнего. И хотя он единственный ныне живой кровный родственник повелителя преисподней, но в отношениях со смертными скован строгими рамками. Просто так взять и растерзать не может, даже если очень хочет. А натравливать ему на тебя некого, ибо и слуг ему иметь запрещено.
Кстати, интересно, а ограничен ли он чем-нибудь в отношении Морских Хранителей? По идее, мы уже под известные мне ограничения не подпадаем… А на защиту как бы божественного начальства надежды нет. С безымянной повелительницы морей станется преподнести нас троих в дар племяннику самого главного из местных темных богов как утешительный приз в проигранном им пари. Потерянную силу он, конечно же, этим не вернет. Зато душу, ну или что вместо неё полагается иметь архидемонам, на виновниках своего поражения отведет изрядно и особого зла на богиню не затаит.
– Великий, рискну уточнить… – просипел дроу, который от волнения явно забыл, как дышать. – То, чем мы занимаемся, это глобальная политика?
– Скорее уж прикладная мифология. – Вздохнул я, морщась при воспоминаниях о том, как вляпался во все это. – А если быть совсем конкретным, то тараканьи бега. По лабиринту с ловушками и кусочком сахара в самом конце. Короче, развлекаются две высшие сущности так. А ваш город со всеми его жителями идет за декорации и прочие интерактивные объекты.
Кажется, услышанное чуть успокоило контрабандиста. Ну, в общем-то многие знают, что хозяйка морей обожает устраивать своим немногочисленным слугам и верующим жестокие испытания. Потому-то они и немногочисленные. Дохнут, несмотря на медицинскую страховку высшего ранга. А раз богиня подобным образом развлекается часто, то никаких совсем уж экстраординарных катаклизмов не предвидится. Возможно, что-то и будет, но в рамках, к которым все обитатели этого мира уже давно привыкли. Ну а слабейший из архидемонов… Скованного запретами «любимого» дяди по рукам, зубам и ногам монстра за серьезного игрока никто и не воспринимает. Любой смертный колдун вправе призвать его как минимум однажды в жизни и задать пару вопросов, на которые тот обязан дать бесплатный ответ. И только после того как наглый человечек превысит свою квоту, он окажется обязан договариваться с Окрешом, а не требовать от него максимально полной и правдивой информации. Даже человеческая церковь иногда дает санкцию на подобный призыв, поскольку обряд хоть и сложен, но относительно других возможных альтернатив установления желаемой истины полностью безопасен.
– Связь… Способ поддержания связи обсудим в другой раз. – Внезапно я ощутил, что меня начало как будто вкручивать внутрь себя и растягивать в тех измерениях, которые лежат за границей ощущаемого смертными континуума. Каждая секунда промедления лишь увеличивала дискомфорт, вызываемый проводимым каким-то уродом ну в очень неподходящее время ритуалом. – Меня кто-то призывает, чтоб этому верующему в морскую богиню поближе с ней познакомиться лично!
