Прошло восемь дней с тех пор, как они с Тимом вернулись домой с интенсивного семинара по проблемам брака, о котором говорил ей пастор Марк. Тим сам хотел поехать туда, он даже поменял расписание занятий, чтобы у него было время на исправление отношений.
Два дня прошли потрясающе. Они с Тимом говорили с консультантами, пока не стало ясно, чем руководствовался каждый из них и как это влияло на другого — на их танец, как называли это консультанты. За эти сорок восемь часов они узнали о себе и своих отношениях больше, чем за все их предыдущие беседы вместе взятые.
Простить можно сразу, сказали им специалисты. На исцеление нужно время.
Кэри наклонила голову и снова улыбнулась в камеру.
Она уже знала, всеми фибрами своего существа, что сделала верный выбор, болезненный, но все равно правильный. Пастор Марк порекомендовал им психотерапевта, который специализировался по проблемам брака, и они встречались с ним трижды до семинара.
Фотограф опустил камеру:
— Чудесно, Кэри, просто прекрасно! Теперь повернись другим боком.
Гения с камерой звали Генри Т. Канистелли, он был одним из самых знаменитых фотографов, Кэри по-приятельски называла его Хэнком. Почти все памятные и самые удачные съемки Кэри для каталогов были делом его рук.
— Кэри, детка, камера любит твое лицо. Посмотри-ка на меня снова через плечо.
Ей было приятно вернуться к работе. Сотрудники модельного агентства были рады, что проблемы, из-за которых она взяла отпуск, похоже, были решены, — Пока ты не поправилась, мы можем снимать тебя, как обычно, — сказала ей ее агент. — Потом будем снимать для каталогов одежды для беременных и отдельно лицо. Я найду для тебя работу до самых родов.
Сейчас она участвовала в шестичасовой фотосессии в приятной студии в Индианаполисе. Несмотря на жаркую подсветку и необходимость все время выглядеть безупречно, работа была нетрудной. В студии всегда легче. Съемки па природе были совсем другими: приходилось отгонять жуков, привлеченных запахом лака для волос; заботиться о естественном освещении и погодных условиях; мерзнуть зимой и потеть летом — и при этом пытаться хорошо выглядеть.
Сейчас ей было о чем подумать, и она была благодарна своему агенту за шесть студийных съемок подряд. Она закончит их, а потом возьмет еще один отпуск.
— Вот так, Кэри, — Хэнк ухмыльнулся ей поверх камеры. Он был старше ее на тридцать лет, а его нью-йоркский акцент был густым, как туман. — Прекрасно. Давай-ка померяемся другим плечиком. Тебе так идет быть милой молодой мамой.
Она повернулась к нему спиной и посмотрела на него через плечо, как если бы оглядывалась на своего ребенка или улыбалась дружеской шутке. Когда Хэнк закончил снимать, Кэри расслабилась.
— Это ты у нас молодец, Хэнк, я просто стою, а ты — настоящий волшебник.
Фотограф поправил французский берет на голове и хмыкнул.
— Ты не права, красотка. Я работаю в этом бизнесе много лет, и такие таланты, как ты, поверь, попадаются нечасто. Жена, возлюбленная, подруга, соседка, ты можешь все. Любой имидж и безупречная красота, вот что у тебя есть.
Кэри засмеялась, наслаждаясь болтовней с Хэнком.
— Тогда мне надо поблагодарить...
Хэнк поднял руку и перебил ее:
— Знаю, знаю, — он передразнил ее. — Я благодарю доброго Господа, потому что Он дал мне такую внешность, и я была бы ничем без Него, — Хэнк терпеливо кивнул, словно слышал это объяснение сотни раз. — Кто знает, кто знает! Может быть, в этой твоей вере что-то есть, — он сделал в ее сторону жест, словно делал заклинание. — Может быть, это объясняет неземную искру в твоих глазах, — он пожал плечами. — Как бы то ни было, если бы ты могла налить это в бутылку и продавать, ты бы заработала миллионы.
Кэри в ответ только улыбнулась и указала на небо. Хэнк достаточно цинично относился к Богу, но Кэри думала, что она не случайно появилась в его жизни — пусть они встречаются несколько раз в месяц на фотосессии. К тому же он не мог ей не нравиться.
Надо было сфотографировать еще пять нарядов. Кэри взяла следующий и направилась к раздевалке.
Переодеваясь, она раздумывала о втором дне семинара, когда произошел качественный скачок.
— Давайте поговорим о ваших страхах, — сказал один из консультантов. — Когда в отношениях возникают проблемы, обычно в их основе лежат страхи.
Он попросил их вспомнить самые сильные страхи, касающиеся друг друга, и, после пяти минут молчания, на глаза Тиму навернулись слезы. Он посмотрел на консультанта и с трудом сглотнул.
— До того, как она полюбила меня, она любила Райана Тейлора. И что мне с этим делать?
— Так чего вы боитесь? — спросил консультант Тима, его голос был нежным и спокойным. Еще до того, как Тим ответил, Кэри почувствовала, что все понимает.
— Я думаю... — он перевел взгляд на Кэри, — я думаю, я всегда считал себя недостаточно хорошим для тебя. Я боюсь, что ты заслуживаешь лучшего.
Вмешалась женщина-консультант.
— А ты, Кэри? Чего ты боишься, если говорить о Тиме?
Кэри вспомнила, как отреагировали на нее друзья Тима на вечеринке факультета. Ответ был простым.
— Я боялась, что я недостаточно умная.