– Слушать. – Пройдя через обеденный стол, он положил руку на мое плечо и сжал меня, поддерживая. – Ты не первая, у кого есть ребенок от школьного парня, Иф, - предложил он. – И ты, черт возьми, уверен, что не будешь последний. Просто игнорируйте их. Скоро ты станешь старой новостью.
– Да, Подж, спасибо и все такое, - пробормотал я, чувствуя, как мои щеки горят от
Напряженных взглядов, которые я получала. – Но почему-то я сомневаюсь, что это пройдет в ближайшее время.
– Эй, сексуальные ножки, я только что выбил дерьмо из твоего брата, - Алик заявил, опускаясь на стол перед нами. – Надеюсь, ты не против.
Мои глаза расширились. – Ты сделал?
– Конечно. – Он подмигнул. – Линч получил последнее предупреждение, поэтому он не мог сделать это. И я не мог позволить, чтобы Брэйнс так грязно издевался над моей любимой девушкой.
– Где он сейчас?
– Кто? Брэйнс? – Алек пожал плечами. – По телефону плачет твоей мамочке я подозреваю.
– Ой, Ал… - Я не смогла сдержать улыбку, расползающуюся по моему лицу.
В восторге от того, что на его место поставили это маленькое дерьмо. – Спасибо дружище.
– В любое время, - ответил он с усмешкой. – И, чтобы вы знали, даже с если у тебя большой живот, на тебе все равно можно будет ездить.
– Гладко, Ал, - усмехнулся Подж. – То, что хочет услышать каждая девушка.
– Я заявляю право быть крестным отцом, - вмешался Алек.
– Ты не можешь претендовать на роль крестного отца, придурок.
– Я только что это сделал.
– Ну, это не считается, - фыркнул Подж. – Если кто-то будет крестным отцом, то это буду я.
– Нет, видишь ли, сексуальные ножки предоставит дьявольской-сиське возможность решения, что дает Линч полную свободу выбора крестного отца своего отродья.
– Да, потому что обращение к будущему ребенку нашего лучшего друга как к отродью – это то, что говорил бы крестный отец.
– Слушай, рыжие лобковые, это происходит, так что отвали и даже не думай подкраиваться под мой грозовой след в этом.
Подж пожал плечами. – Да ладно, я лучше буду с рыжими волосами, чем с зараженным лобковыми вшами на члене.
Алек задохнулся. – У меня нет лобковых вшей.
– Больше нет.
– У меня никогда не было вшей. – Он насмешливо прищурил глаза. – Я чесался, потому что побрил яйца, и зуд был чертовски ужасным!
Я рассмеялась. – Ты побрил яйца, Ал?
– О да, Ал здесь любит ухаживать за своей территорией, - вмешался Подж, когда звонок прозвучал вокруг нас, сигнализируя конец короткого перерыва.
– Что могу сказать? – Алек подпрыгнул и предложил мне косолапую улыбку. – Я джентльмен.
– Ты идешь с нами, Ифа? -Подж поднялся. – Мы все на ирландском у Динина.
– Я догоню вас, парни, - сказала я, махнув рукой. – Мне нужно сходить в туалет.
– Держи поднятой голову, секси-ножки, - закричал Алек, удаляясь из столовой вместе с Поджем. – И держи ноги закрытыми, пока мой крестник полностью не допечен.
– Спасибо, Ал, - тяжело вздохнула я, игнорируя взгляды и шепот вокруг. Спасибо тебе, приятель.
***
Я выходила из ванной, направляясь на урок ирландского, когда мой брат остановил меня в коридоре. – Нам нужно поговорить.-Проигнорировав его, я сделала шаг в сторону, продолжая идти.
– Ифа, остановись. – Он схватил меня за руку и потянул обратно к себе. – Пожалуйста. Нам нужно поговорить об этом.
– Что случилось, Кев? – Я нахмурилась, недовольно идя в ногу с ним, по коридору к моему классу. – Ты винишь меня в том, что твоя губа треснула тоже?
– Приспешник твоего парня ударил меня.
– Да, ладно, доносчики получают пиздюлей, придурок.
– Прости, ладно? – Разводя руки передо мной, мой брат пытался донести свою точку зрения до части моего сердца, которой там уже не было. По крайней мере, к нему. – Я знаю, что то, что я сделал было дерьмом, ладно? Это было по-настоящему плохо, Ифа. Теперь я понимаю.
– Слишком поздно.
– Ифа, пожалуйста? – Он тяжело вздохнул. – Ну давай.
– Нет. Ты слышал, что люди говорят обо мне, - я ответила твердо, останавливаясь у двери моего класса. – Ты видел, как они ко мне относятся. Ты сделал это, Кев. Ты организовал всю эту чертову вещь. Так что запихни свои извинения к себе в жопу, потому что они ничего не исправляют.
– То, что ты сказала вчера о Джоуи? Ты была права, - он признал, потирая челюсть рукой. – Мне он не нравится. Он угрожает мне. Я сделал это, чтобы ему повредить.
Он не говорил мне ничего нового.
– Но я не принимал во внимание, что мои действия могут сделать тебе, - добавил он, звуча искренне раскаянным. – Я просто не думал, вообще.
– То, что ты сделал, нельзя исправить извинениями, - ответила я, не желая уступать. – Ты не можешь подорвать чью-то жизнь бомбой и потом сказать, ой, когда все разлетается к чертовой бабушке.
– Как будущий дядя? – сказал Пол, когда он вышел из нашего класса. Обвивая руку вокруг плеча моего брата, он улыбнулся мне жестоко, обращаясь к моему брату. – Все в порядке, Кев?
Выглядя смущенным, мой брат пожал плечами неуклюже, прежде чем бормотать: – Все в порядке, Райси?
– О, иди к черту, Пол, - прорычала я, уже устав от его дерьма. – Я пытаюсь вести частную беседу со своим братом.
