- Хорошо, я согласен, – он тяжело вздохнул.
- Вот и отлично, – просиял директор, – значит, я извещу Ремуса, а ты поговоришь с мисс Грейнджер. А теперь давай перейдем к нашему занятию. Я хотел провести нашу очередную встречу сразу после каникул, но раз уж мы все равно вынуждены были решить некоторые вопросы, то не будем откладывать.
Дамблдор призвал к себе Омут памяти, и Гарри приготовился к очередному погружению в чужие воспоминания.
В этот раз директор показал ему отрывки памяти Морфина Марволо Гонта, который приходился дядей Волдеморту. А также подправленные воспоминания профессора Слизнорта, у которого Том Риддл выспрашивал о каких-то крестражах. Слово показалось Гарри знакомым. Он хотел поинтересоваться у директора, что это, но тот быстро перебил его, дав задание добыть у профессора истинные воспоминания. И в своей излюбленной манере дал понять, что разговор окончен.
На следующий день Гарри в подробностях рассказал Гермионе о встрече с директором. Подруга без колебаний согласилась отправиться на каникулы на Гриммо. Гарри попытался выяснить, не разочарована ли она тем, что не увидится с родителями. Но Герм уверила его, что все в порядке и она рада провести эти дни с ним.
Услышав про крестражи, она призналась, что никогда даже не слышала о подобном, и тут же умчалась в библиотеку на поиски нужной информации. В этом была вся Гермиона. Она терпеть не могла чего-то не знать. Но ее ждало разочарование: в библиотеке Хогвартса, даже в запретной секции, не было ни одной книги, в которой бы объяснялось, что это такое. Лишь в одном древнем манускрипте она нашла упоминание о том, что крестраж – это настолько темная магия, что не рекомендуется даже упоминать о нем. Неожиданно Гарри вспомнил, где он слышал это слово, а вернее – видел его. Летом в библиотеке Блэков ему в руки попала маленькая книжка в черной как сажа обложке. От нее так и веяло какой-то жуткой темной магией. У Гарри перед глазами встало название, вытесненное на ней серебряными буквами: «Крестраж»
Гарри рассказал об этом Гермионе, и они вместе порадовались, что едут на каникулы на площадь Гриммо. Там они смогут хоть немного разобраться, что это за магия, которой так живо интересовался Том Риддл еще в школьные годы. А еще Гарри очень рассчитывал на рождественскую вечеринку у Слизнорта. Возможно, удастся разговорить подвыпившего профессора и убедить его поделиться нужными воспоминаниями.
*
За всеми заботами друзья не заметили, как подошло время долгожданной вечеринки. Гарри спустился в общую гостиную, одетый в черную парадную мантию с атласными отворотами, в разрезе которой виднелась парадная белая рубашка и черные классические брюки. Оглядевшись, он увидел еще несколько человек, приглашенных на вечеринку. Среди них была и Джинни Уизли, которая очень мило выглядела в изумрудной мантии с распущенными ярко рыжими волосами. Гарри знал, что она позвала с собой Дина Томаса. Рон с Лавандой, увлеченные только друг другом, слиплись на одном из диванчиков, как сиамские близнецы. Казалось, они не обращают внимания на собирающиеся на мероприятия парочки. Неожиданно гомон голосов в гостиной на мгновение смолк, затем возобновился с новой силой. Рон отлепился от Лаванды и пристально посмотрел куда-то за спину Гарри. Тот обернулся, чтобы понять, что же так привлекло внимание Уизли, и глазам своим не поверил! К нему шла Гермиона в легкой облегающей мантии небесно-голубого цвета. Ткань, словно вода, мягко обтекала фигуру подруги, отливая матовым блеском при каждом шаге. На голове Гермионы была сооружена какая-то замысловатая прическа, которая ей очень шла. Локоны мягко обрамляли лицо, создавая ощущение какой-то беззаботности и шаловливости. В общем, выглядела она потрясающе!
- Привет, Гарри, – поздоровалась она немного смущенно, на щеках ее играл румянец, – я не опоздала?
- Нет, что ты! – пришел в себя Гарри от необычного вида Гермионы. – Знаешь, если бы ты не была моей подругой, я бы, наверное, в тебя влюбился.
- Гарри, – засмеялась она, легонько щелкнув его по носу, – ты, как всегда, тактичен, как слон. Ну что, пойдем?
Он предложил ей руку, и они пошли к выходу из гостиной. Краем глаза он успел поймать злой взгляд Рона, брошенный в их сторону. И до самого выхода Гарри ощущал, как бывший друг с недовольством смотрит им в спину.
Выйдя в коридор, он поинтересовался:
- Герм, послушай, может, ты бы помирилась с Роном?
- Гарри, ты, конечно, мой друг, но я тебя прошу, не лезь не в свое дело! – воскликнула она. – Взял бы и сам с ним помирился. Что, нет? Ну так и мне позволь самостоятельно принимать решения, с кем дружить! И вообще, давай сегодня не будем больше о нем. У нас на эту вечеринку грандиозные планы, если ты помнишь.
Но они еще не знали, что им не удастся воплотить свои замыслы в жизнь.
