Привязанный к стулу человек в лохмотьях злорадно скалится на нависшего над ним Кранца. Разбитое в кровь лицо доказывает – с ним не церемонились. Сникший Ким отстраненно посмотрел на ввалившихся разведчиков. Следом за ними скользнули несколько жителей.
Лис рывком повернулся и схватил ближайшего:
– Что произошло? – глухо пророкотал он.
Поселенец сбивчиво затараторил. Где-то в час по полудни за горизонтом поднялся столб черного дыма – возможно, на дороге. Караван должен был вернуться еще не скоро, но обеспокоенный Кранц усилил охрану на полях, отправив еще одного бойца. Через час к поселению прибежал человек, одетый как бродяга. Тарабаня в ворота, он кричал, что там на дороге случилась авария с тремя джипами и показывал на столб.
Быстро оценив обстановку, Кранц приказал пока следить за прибывшим, а сам, прихватив еще двоих покрепче, умчался на запасной машине к месту предполагаемой аварии. Бродяга же улыбался и утверждал, что уже давно идет к Поселению, каждую неделю ориентируясь по машинам, и вот наконец дошел.
Когда ветер донес крики и перестрелку со стороны поля, Ким вскрыл оружейный шкаф и раздал винтовки более-менее умеющим держать в руках оружие. Сформированный отряд поспешил на выручку и как раз вовремя – прибежавшие работники сообщили, что на них напали неизвестные.
Одного из разведчиков убили сразу, двое других начали прикрывать отход, завязав перестрелку, но силы явно не равны. Прибывшие на подмогу быстро оттеснили уже было победивших бандитов. На последок, отступающие подпалили поле. Перестрелка прекратилась сама собой, поселенцы начали перетаскивать пострадавших в организованную Кимом палатку-лазарет. Воспользовавшись смятением и неразберихой, бродяга улизнул. Подсчитав потери, Ким прикусил губу – пять убитых. Еще семь раненых. Нападавшие тоже понесли потери – два трупа в мятой форме лежат отдельно от всех. Самое скорбное для профессора: не вернулась его внучка. Но тела так и не нашли – может быть потом, когда остынет пепел на поле.
Разъяренный Кранц ворвался в поселение – еле успели открыть ворота. Тяжелая машина боком влетела в распахнутые створки и остановилась почти в центре площади, чуть не снеся фонарь. Выскочивший Кранц рывком открыл пассажирскую дверь: на заднем сидении дико озираясь, сидит с кляпом во рту и опутанный веревками как кусок ветчины давешний бродяга.
–В дом его, быстро! Доложить о ситуации – клокочущие слова огнем вылетают из горла. Выслушав на бегу отчет, Кранц приказал запереть ворота, всем быть на чеку и ждать. Выместив всю злость на привязанном к стулу пленнике, он начал допрос, но пока безрезультатно.
Ошарашенный Лис тихо осел на подоконник. Историк же внимательно слушает разговор Кранца с Кимом:
–Это явно не основные силы, так, разведка боем. Решили пойти ва-банк, авось повезет – мрачно и методично рассуждает Кранц. – нужно подробней изучить форму, может будут какие-то зацепки.
–Это место больше не безопасно – безучастный профессор смотрит куда-то в пол.
Снаружи послышался шум:
–Профессор, командир! Вас просят в лазарет, срочно!
Переглянувшись, Ким и Кранц быстрым шагом направились к палатке. На секунду замешкавшись, Историк последовал за ними.
В брезентовой тесноте на лежаке задыхается в агонии боец, последним покинувший горящее поле. Увидев входящего Кима, он захрипел:
–Профессор…Ваша внучка… – слова вылетают вместе с кровавым кашлем. – Они забрали ее…схватили первой…не мог спасти…ушли на север…северо-запад…простите – он закашлялся так, что дальше уже было ничего не разобрать.
Кранц схватил за плечо Кима и быстро развернул к себе:
–Профессор, поймите сейчас меня. Это мелкие сошки, вреда они ей не причинят, но поведут ее к главарю. Она им нужна как источник информации – четкий голос, словно на докладе у главнокомандующего. – Мы пойдем за ними и нападем, когда они приведут нас к основному лагерю. Сейчас мы только будем следить за ними, а потом отомстим за павших и освободим вашу внучку.
–Превентивный удар – они все равно не оставят нас в покое, а так мы спасем Поселение, это вы хотите мне сказать? – Ким высвободил плечо из рук разведчика.
–И вашу внучку. Прошу, разрешите!
Ким взвесил все за и против. Поселение. Внучка. Он устало закрыл глаза.
–Я… не против – отвращение к себе желчью разлилось по дряхлому телу.
Они и не заметили, как Историк вышел из палатки еще посреди их разговора.
«Источник информации, основной лагерь, угу» – в кривую улыбку сложились побелевшие губы. Яростный огонь вспыхнул в глубине. Налившийся нечеловеческой мощью, Историк не чувствует боли и усталости. Обострившиеся чувства разукрашивают мир невероятными красками. Ноги сами понесли его в нужную сторону. Погоня, вливающая адреналина в кровь. Время, текущее неимоверно медленно.
