Искушение полностью

Вскоре я уже ору и топаю вместе со всеми остальными, хотя должна признаться, что понятия не имею, почему мы все так возбуждены. Может, это такая традиция?

Хадсон смеется в моей голове, и его смех перекрывает шум толпы.

– Ты что, забыла, что чем дольше ты держишь «комету», тем больше она нагревается и вибрирует, причиняя боль?

У меня округляются глаза.

О-ооо.

Она держит мяч уже по меньшей мере пять минут. Джексон говорил мне, что самому ему удавалось держать мяч самое большее две минуты, после чего боль делалась нестерпимой. Пять минут…?

– Как же мать Флинта крута. – В голосе Хадсона звучит такое же восхищение, какое испытываю сейчас я сама.

На лице Флинта играет гордая улыбка.

Наконец Нури, похоже, убеждается, что достигла своей цели, и поднимает «комету» над головой. Шум мгновенно сменяется мертвой тишиной.

Команды выстроились вдоль лиловых линий, и я замечаю, что Рафаэль стоит в самом центре своей линии вместе с невысокой чернокожей девушкой по имени Кейли – я с ней незнакома, но уверена, что она ведьма. С другой стороны стоят два ведьмака: Кэм, бывший парень Мэйси, и его друг Джеймс, у которого жутковато блуждают глаза – это еще одна причина, по которой я болею не за эту команду.

– Двое игроков, стоящие в центре команд, это те, которые будут стараться заполучить мяч, – тихо говорит мне Хадсон. Теперь, когда его отец закончил свою речь, он уперся локтями в колени и подался вперед, чтобы поговорить со мной.

– Они что, бегут за ним? – спрашиваю я, потому что таких тренировок мы не проводили – и даже не обсуждали.

– Не совсем, – отвечает Хадсон и кивком показывает на поле. – Смотри и увидишь сама.

Я смотрю, и, когда звучит свисток, Нури подбрасывает мяч так высоко, как его может подбросить только дракон. Он летит вверх, вверх, вверх, долетает почти до самого купола, и никто не бросается к нему. Но, когда мяч начинает падать, Рафаэль, использовав всю свою вампирскую силу, прыгает за ним, а Кейли выстреливает из кончиков пальцев пламя туда, где, как она предполагает, должны оказаться Джеймс и Кэм. Но они уже там, где пламя их не достанет, и у них в запасе тоже есть пара приемов. Джеймс обрушивает на Рафаэля и Кейли поток воды, а Кэм поднимает ветер, относящий мяч на несколько футов от того места, где он должен был упасть.

Я никогда еще не видела таких поразительных вещей. Эта схватка четырех игроков в тысячу раз интереснее, чем вбрасывание в начале баскетбольного матча, и я даже не могу себе представить, как бы выглядел стадион НБА, если бы там происходило нечто подобное.

Вероятно, он был бы очень похож на этот, где множество учеников возбужденно топают и вопят.

Из-за магического ветра, поднятого Кэмом, Рафаэль упускает мяч, который падает прямо на Джеймса. Он прыгает, готовясь поймать его, но Кейли поднимает собственный ветер и в последнюю секунду отдергивает его. Она бросает мяч одной из девушек в своей команде, и та ловит его.

И игра продолжается. Девушка бежит, пробегает секунд десять – и вдруг просто исчезает.

– Куда она делась? – спрашиваю я, подавшись вперед и шаря глазами по полю – как и все зрители и игроки.

– Смотри, и увидишь сама, – повторяет Хадсон, но какой мне толк от этих слов? Я поворачиваюсь к Джексону, но он кричит, подбадривая своих друзей.

Несколько секунд спустя девушка появляется снова – в конце поля, противоположном тому, где ей надо быть, чтобы победить.

– Порталы – это жесть, – говорит Зевьер, качая головой. – Тем более что ее команда так далеко от нее…

Он замолкает, когда Лука за долю секунды переносится к ней. Она кидает ему мяч, и он переносится обратно в другой конец поля.

Однако там его уже ждет одна из драконов команды Кэма, и как только Лука оказывается рядом, она выпускает в него струю огня, он резко отклоняется вправо… и проваливается в еще один портал.

Снова он появляется через несколько секунд в центре поля, держа в руках мяч, светящийся ярко-красным светом. Он бросает его вверх в сторону Рафаэля, который подпрыгивает, чтобы поймать его – но промахивается, и мяч достается одному из человековолков, который стремительно уносит его.

– Это невероятно! – кричу я, пытаясь перекрыть шум, и все игроки моей команды улыбаются мне.

– Это еще что, – говорит Хадсон. – Это только начало.

– Что ты хочешь этим сказать? – спрашиваю я, и тут Рафаэль и вампир из другой команды переносятся навстречу друг другу.

Они сталкиваются с оглушительным стуком, оглашающим весь стадион, затем падают, сцепившись в единый клубок рук, ног и клыков. Пара секунд – и Рафаэль вскакивает, держа мяч, и исчезает в очередном портале.

Игра продолжается еще двадцать минут, пока Кейли наконец не пересекает линию ворот, держа в руке светящийся ярко-красный мяч.