— Уже в пути, — отчитался он. — Но вы можете поехать в этой, места вам обеим хватит, да и служанка в пути никогда не помешает. Там, кстати, и корзина с едой есть, вы же еще, наверное, не завтракали.
— «Ну надо же, какой заботливый», — подумала про себя, а вслух спросила: — Признайся, ты намеренно это делаешь? — моему отчаянью не было предела.
— Что вы, госпожа, я не смею… — слуга слегка поклонился.
«Вот же гад! — я нервно кусала губы, — ведь специально привел мне этого коня и повозку мою вперед отправил. И что мне теперь предстоит? Провести целый день в обществе Дианы? Да ни за что!» — и тут я вспомнила, что прихватила с собой пару яблок, что лежали в вазе в наших покоях, рассчитывая перекусить в дороге. Они были настолько спелые, что их аромат доносился из тканевой сумки. Достав одно, я протянула своему непокорному скакуну, в надежде подкупить его вкусняшкой. — Посмотри, дружок, что у меня есть, — обратилась к нему ласковым голосом, — ну же, попробуй, тебе понравится, — жеребец огромными ноздрями втянул запах сочного фрукта и, недоверчиво покосившись на меня карим глазом, осторожно взял с руки яблоко. Угощение пришлось ему по вкусу и, закончив с первым, он потянулся мордой к сумке, висевшей на моем плече, нагло требуя второе. — Как зовут его? — спросила я у Верлока.
— Прауд, — ответил он.
— Прауд, молодец, хороший мальчик, — похвалила, погладив животное по большому широкому лбу, — держи еще одно яблочко.
Продолжая мурлыкать добрые слова и гладить коня по шее, я добралась до седла и с легкостью в него села. На этот раз скакун был не против. Переместив котенка из-за пазухи в освободившуюся сумку, я привязала ее к седлу и, потрепав жеребца по гриве, направила его ленивой трусцой по тропинке вперед.
Карина тут же догнала меня и, пристроившись справа, начала рассказывать мне придворные сплетни, о которых узнала вчера на балу. Я слушала ее вполуха, поддакивая, и время от времени задавая невпопад уточняющие вопросы, а сама думала о Верлоке и о том, что надо быть с ним поосторожней.
Он, тем временем, немного поотстав, держался слева и прожигал мою спину хмурым нечитаемым взглядом. Повозка с Дианой и сундуками, набитыми вещами Криса, тянулась в самом конце нашей процессии, раскачиваясь и нудно скрепя ремнями, заменяющими рессоры.
Так прошло около двух часов. Я успела устать от лицезрения окружающего пейзажа и нескончаемой болтовни подруги. Под конец, она и сама утомилась и уже заметно реже открывала рот.
Меня начало клонить в сон, давала о себе знать неспокойная ночь, проведенная во дворце.
— Миледи, будьте предельно осторожны! — неожиданно раздался голос начальника стражи. — Впереди опасный участок дороги. Слева будет обрыв. Не сворачивайте с пути.
— О, я слышала много рассказов про это жуткое место, — тут же встрепенулась Карина, найдя новую тему для разговора. — Его называют ущельем Черного Дракона. Говорят, что ночью здесь можно услышать стоны неупокоенных душ, потому что их несчастные тела так и не смогли достать из расщелины, чтобы придать земле по всем правилам.
— Откуда ты только берешь всю эту информацию? — осведомилась я, с опаской вглядываясь в даль. Сердце сильнее забилось в груди от нехорошего предчувствия.
— Ты и представить себе не можешь, сколько всего интересного мы обсуждаем в салоне Мадлен Дюбуа. Может, когда-нибудь и ты получишь туда приглашение, — не забыла она поддеть свою лучшую подругу.
Возможно, настоящая Элизабет и была бы уязвлена этим замечанием, но только не я. Такого рода светские забавы меня не интересовали.
Больше заботило то, какой следующий шаг сделал бы Верлок, если бы намеревался совершить новое покушение? Ведь, согласно моей интуиции, ущелье Черного Дракона, как нельзя лучше для этого подходит.
И словно в ответ на мои мысли, Прауд подо мной неожиданно дернулся и, громко заржав, поднялся на дыбы.
Как ни готовила себя к чему-то плохому, это застало меня врасплох.
Выронив поводья, я чудом успела уцепиться руками за шею своего скакуна. Больших сил мне стоило удержаться в седле и не свалиться под копыта ни с того ни с сего обезумевшего жеребца. Опустившись на четыре конечности, он взбрыкнул задними ногами и понес, ни куда-нибудь, а как раз в сторону опасного ущелья.
Позади раздались испуганные крики Карины и возглас начальника стражи, но мне было не до них. Крепко держась за гриву, я пыталась дотянуться до болтающейся у самой земли уздечки, чтобы развернуть коня в сторону, но мои старания не увенчались успехом. Край обрыва, тем временем, приближался с неимоверной скоростью и был уже виден невооруженным глазом.
Паника все больше разрасталась в груди. Ветер бил в лицо.
«Тук-тук, тук-тук, тук-тук», — неистово колотилось сердце в унисон стуку копыт.
Я поняла: единственное, что могу сейчас сделать, это выпрыгнуть из седла… На полном скаку бешено несущейся лошади…