— Тщщщщ…тщщ… тщщ, — пытаясь успокоить свою госпожу, полукровка прижал ее к дереву. — Чинить препятствия императору приравнивается к измене и карается смертной казнью! Вы не в праве вмешиваться! — быстро заговорил он ей на ухо. — К тому же охота не закончится до того момента, пока повелитель не убьет оленя. Этого или какого-нибудь другого — не имеет значения. Вы ведь хотите, чтобы все побыстрее прекратилось?
Кристиан, увидев, что с женой что-то происходит, хотел было рвануть к ней, но, осознав, что это привлечет внимание остальных, остановился. Сжав кулаки, он издали следил за тем, как успокаивает ее Лео, в этот момент он ему доверял.
— Это так жестоко… — всхлипывая, прошептала Лиз, наблюдая, как главный егерь вопросительно взглянул на императора и, получив разрешение, прицелился и выстрелил из арбалета в самое сердце благородного зверя, мгновенно обрывая его жизнь.
— Жестоко, — согласился ее друг, — но что поделать, если люди — тоже хищники? Мы убиваем не только животных, но и себе подобных…
Почувствовав, что графиня, смирившись с неизбежным, обмякла в его руках, Леонардо ее отпустил, поднял оброненный арбалет и вложил ей в руки.
Неожиданно где-то в стороне снова залаяли собаки, а затем раздался отчаянный крик человека. Ломая молоденькие деревца, на поляну выскочил охотник, преследуемый огромным кабаном. В тело разъяренного животного впилось несколько стрел, которые причиняя боль, делали его еще сильнее.
Кабан был чрезвычайно опасным противником, он бился до последнего, предпочитая смерть бегству или отступлению. Убить на охоте такую дичь было сродни подвигу, потому что заканчивался бой один на один, и побеждал сильнейший.
Охотник, бросивший вызов дикому вепрю, был ранен и пытался спастись бегством. Кто-то из окружения императора выпустил несколько стрел, но это не остановило животное. Нагнав несчастного, оно еще раз поддело его клыком, вспарывая одежду вместе с кожей. Человек упал, а его опасный соперник посмотрел налившимися кровью глазами в сторону отряда императора, выискивая новую жертву, но никто из окружения монарха не рискнул спешиться и выйти вперед.
Почувствовав преимущество, разъяренный самец копнул копытами землю и устремился к стоящим у дерева Лео и Элизабет, потому как они находились ближе всех к нему. Полукровка тут же задвинул опешившую девушку себе за спину, вскинул лук и прицелился, но выпустить стрелу не успел. Кристиан, соскочив с коня, бросился наперерез зверю.
— Нет! — закричала графиня и подалась вперед, но Леонардо успел схватить ее за предплечье.
— Верьте в своего мужчину, госпожа, — прошептал он ей на ухо, с силой прижимая к себе. — Кто, если не дракон, сможет справиться с обезумевшим вепрем?
Битва Кристиана со зверем была быстрой. Несколько раз он пытался добраться до противника сзади, но животное реагировало молниеносно, атакуя длинными острыми клыками. Пару раз самцу удалось задеть руку графа и его камзол тут же окрасился кровью. Оба соперника были одинаково сильны, но, в конце концов, Крису удалось схватить кабана, запрыгнуть ему на спину и вонзить охотничий нож между глаз по самую рукоять. Животное замерло, не веря в свое поражение, и через секунду рухнуло замертво.
Еще некоторое время потребовалось свидетелям этого жуткого зрелища, чтобы осознать, что бой окончен, после чего раздались триумфальные крики императора и его приближенных, чествующие победителя. Кристиан не выглядел довольным своей победой. Его действия были вынужденными. Он всего лишь защищал свою женщину.
Оставив охотничий трофей слугам, чуть пошатываясь, граф направился прямиком к Элизабет, а та, в свою очередь, получив свободу, бросилась к нему навстречу. Обхватив мужа спину, она крепко прижалась к его телу, слушая, как громко бьется сердце ее дракона.
— Ты ранен, — проговорила Лиз, отстранившись, и с тревогой посмотрела на окровавленный рукав камзола.
— Царапина, — махнул рукой Крис и снова привлек графиню к себе. — К утру даже следа не останется, — он заверил ее.
— Ваша Светлость, — обратился к ним, подбежавший начальник стражи. — Умоляю, помогите Рою! — он указал на забытого всеми раненого охотника. Это был всего лишь слуга, поэтому до него никому не было дела. — Спасите его, как спасли меня!
— Верлок… — попыталась возразить ему Элизабет, — я же не лекарь…
— Умоляю! — слуга опустился на колени.
— Я посмотрю… — согласилась Лиз и направилась в сторону пострадавшего.
Подойдя к лежащему на земле человеку, графиня с трудом сдержала подступившую тошноту, радуясь, что ничего не съела на завтрак. Несчастный был в сознании, его синие от потери крови губы дрожали. Глаза с надеждой смотрели на Лиз, а Лиз не могла оторвать взгляда от раны охотника. Плоть на животе была вспорота, часть кишечника вывалилась наружу…
Кристиан скинул с плеч свой плащ и накрыл им умирающего. Верлок сел на землю и положил голову приятеля себе на колени.
— Я вижу ангела… — пробормотал Рой и протянул руку к Элизабет.
Девушка опустилась рядом с ним на колени и крепко сжала холодную шершавую ладонь.