– Я тут телевизор включила, узнать, не случилось ли чего. Но вроде ничего не сообщают.
Сергей сурово взглянул на нее:
– Не все, что составляет наш ежедневный долг, сообщают по телевизору. Это секрет, но ты имей это в виду.
– У тебя что, спецзадание?
– Может быть. В нашей профессии бывает все. Может быть, меня даже наградят, – он, подумав, всхлипнул. – Посмертно.
– Ладно, проваливай. Но к ужину все же возвращайся.
Сергей с чувством обнял жену.
– Береги детей.
– Иди ты к черту.
Отсалютовав жене пионерским салютом, Сергей захлопнул дверь. Секунду помедлив, он не спеша двинулся вниз по лестнице.
На улице, глубоко вздохнув и медленно пройдя через шелестящий садик, он прошел переулком и, выйдя на проспект, поймал такси: судя по тому, что Сергачев звонил неоднократно и начал звонить давно, следовало поторопиться. Водитель с удовольствием вел машину по свободным от пробок субботним улицам. Остановившись у все тех же разрытых траншей и пройдя по мосткам, Сергей миновал тенистый переулок и вышел на пустынную улицу с газонами и редким палисадником. Все было как вчера. Все так же солнце отражалось в зарешеченных окнах, трепетали редкие листочки на деревьях, и здание конторы Сергачева по-прежнему радовало глаз своими хамскими архитектурными формами. Пройдя по бетонной дорожке к главному входу, Сергей вошел в вестибюль. Как и вчера, здесь было пусто. У киношных стульев вдоль стен кто-то как будто специально поднял сиденья, зеркальные стекла контрольно-пропускного пункта производили впечатление чего-то абсолютно неживого, стояла тишина. Обстановку оживляла лишь грузная фигура огромного, одутловатого мужчины в потертых штанах и рубахе в крупную полоску, сидевшего у дальней стены и, казалось, забредшего сюда, чтобы вздремнуть. Скользнув по нему взглядом, Сергей подумал, что для чистоты жанра неплохо было бы, если бы этот мужчина сейчас встал и при ближайшем рассмотрении снова оказался бы Сергачевым. Улыбнувшись от этой мысли, Сергей стал вспоминать номер, по которому ему предстояло позвонить. В этот момент мужчина в дальнем углу встал и поспешно направился ему навстречу. Приблизившись к остолбеневшему Сергею и пройдя мимо, он с усилием толкнул входную дверь и вышел на улицу. Крутанув головой, Сергей направился к местным телефонам.
Сергачев появился спустя минуту. С отсутствующим взглядом размахивая руками, он торопливо приблизился к Сергею и, заглядывая ему в глаза, заискивающе-крепко пожал ему руку.
– Ну, слава богу. Где ты от жены скрываешься? Купил своего Джульбарса? Мне твоя жена все про тебя рассказала.
Сергей развел руками:
– Обаяние вашей профессии действует даже по телефону.
Сергачев схватил его за плечо:
– Пойдем в скверике посидим, побеседуем. Есть о чем. Чего в духоте париться. Пойдем, пойдем.
Выйдя во двор, они уселись на скамейке у чахлой клумбы.
Сергачев, на секунду замерев с кулаком, прижатым ко рту, соображая что-то, и так же внезапно отмерев, цепко взглянул на Сергея.
– В общем, слушай. Был я вчера на докладе у генерала. Доложил в последний раз все как есть, все, как было задумано, про разговор с тобой доложил, дескать, обстановка реальная, танки вышли на позиции, коммунисты все в траншеях, экипаж к последнему залпу готов. Ну и, короче, получил полное добро. Ну а куда деваться, сам понимаешь, обстановка подпирает, больше мочало жевать некогда. Короче, вы с Андреем в деле. Ну и, главное, ты в деле. Вопрос решен. Решено ознакомить тебя со спецматериалами, ознакомить с принципиальными и монтажными схемами, ну и провести с тобой инструктаж по использованию спецсредств. Ну там, импульсный резак, я тебе о нем говорил, ну и поисковое оборудование, сам понимаешь, ты ее там, в лесу не по магнитному склонению искать будешь, на ней радиомаячок стоит, от бортового аккумулятора питается, так что устройство радиозавязки у тебя тоже с собой будет, по вектор-указателю пойдешь, с ним тоже обращаться уметь надо. Потом задним числом с вашим первым отделом все это оформим, дескать, для технических консультаций тебя привлекали, в рамках межотраслевой программы, благо договор, чтобы это прикрыть, уже будет. В общем, с этой стороны все схвачено, не в этом дело. Сам понимаешь, слишком хорошо никогда не бывает. С другой стороны подлянка подкатила. Вчера вечером стало известно – генерал при мне вашему директору звонил – застрял в вашем министерстве ваш договор. Отказался этот Белошвей его подписывать. Сначала боковик положил пятнадцать миллионов, это, сам понимаешь, клиника, ну а потом вообще какие-то вопросы начались – а что да как, а почему именно этой фирме, да у нас есть свои, ну и все такое. Застопорилось дело. Генерал-то, оказывается, с самим министром обо всем договаривался, а министр сейчас в Норвегии, будет только во вторник, а то и позже, а до этого времени, сам понимаешь, все в подвешенном состоянии оказалось. Вот такие дела.
Сергей недоуменно посмотрел на Сергачева:
– Как говорится в том японском анекдоте, а по телефону нельзя?
Сергачев, поморщившись, покрутил головой:
