– К Артёму, – вру. – Глаза не видят, устал я. Давай, свяжемся ещё.
Тимур поджимает губы, но ничего больше не спрашивает.
– Тимофей, ты не ребенок. Не суй свой нос куда попало. Сообщи мне, если что.
– Естественно.
Сажусь за руль и выруливаю на дорогу. Доезжаю до нужного адреса, торможу. Открываю бардачок и забираю личное оружие. Прячу за пояс.
Лифтом не пользуюсь. Этаж первый. Второй. Третий. Нажимаю на звонок, жду. Минуты длятся бесконечно.
Алиса. Лисичка моя. Клянусь – больше не буду тебя не обижать, буду верить каждому слову. Только вернись ко мне, я устал. Соскучился по тебе дико.
Дверь распахивается, передо мной появляется мужик в черных джинсах и рубашке, рост под два метра. Глаза черные, прищуренные. Он рассматривает меня, а я его. Тянется куда-то, и я – автоматически – за оружием. Снова игра непонятная.
– Без выходок, – поднимает он руки вверх. – Иначе мы расстреляем тут друг друга.
– Ты кто такой? – бросаю холодно. – Какого хрена меня сюда позвал?
Он лишь усмехается, жестом приглашая внутрь.
Не нравится мне всё это. Совсем не нравится.
Алиса
Где я? Что со мной происходит? Понятия не имею.
Я не чувствую свое тело, лишь невыносимую головную боль. В висках стучит кровь, в горле пересохло. Хочу что-то сказать, но не получается. Распахиваю глаза и смотрю на белый потолок и серые стены. Совсем незнакомые. Горит свет – ослепляет глаза. Я зажмуриваюсь, затем открываю их снова и опять смотрю по сторонам.
Не сразу замечаю мужчину, сидящего чуть дальше от меня на диване. Что-то печатает на компьютера – занят так, что меня вовсе не замечает.
Рамиль… Черные волосы растрепаны. Одет в спортивные штаны и свободную футболку. Выглядит так себе. Смотрит на фотографии. Он с какой-то девушкой. Брюнетка, безумно красивая. Ещё одно фото – она в свадебном платье, а Рамиль рядом в костюме. Ой! Он, оказывается, женат?!
Мужчина хватается за голову, наклоняется. Сжимает волосы так, будто хочет их вырвать. И я его понимаю – сколько раз я так делала, когда Тимофея не было рядом. Когда мне его не хватало.
Но что произошло между Рамилем и его женой?
И как я здесь оказалась? Последнее, что помню – это как мне заткнули рот тряпкой, и я провалилась в темноту. Но это был не Рамиль, потому что от того чурбана воняло так, как не воняет даже от помойки. А здесь, в этой комнате, пахнет цветочным ароматом.
– Рамиль… – шепчу я, пытаюсь опереться на локти, но падаю обратно.
Мужчина моментально поднимается и подходит ко мне. Смотрит странно, я бы сказала – злобно и в то же время взволнованно.
– Доигралась? – выгибает вопросительно бровь, а потом усмехается и мотает головой. – Воды принести?..
Я лишь киваю. Значит, я была права: он кто-то из своих. Но меня сейчас больше всего волнует один вопрос: как он меня спас из лап того подонка?
– …Держи… – протягивает мне стаканчик.
Я хочу сесть, но снова не получается. Рамиль помогает. Цокает языком. Недовольный. Впрочем, как всегда.
– …Я же просил тебя не высовываться из комнаты, да, Алиса? – придвинув стул к кровати, садится и смотрит на меня с яростью. – Вот чего ты добилась, а? Благодаря тебе меня тоже раскусили. Надеюсь, ты рада, что твой… Гордин не вылезет из дерьма, в которое, кстати, попал из-за тебя?
– Я ничего не делала. Он пришел в комнату…
– Ты говорила по телефону! Знал я, что ты с собой притащила, но, млядь, не стал тебя лапать. А нужно было! – Он повышает тон, а я зажмуриваюсь. – Когда я пришел, он тащил тебя на нижний этаж. Ты представляешь, что он мог с тобой сделать? И, прикинь, твоему отцу абсолютно насрать на тебя!
Представлю. И становится не по себе. К горлу подкатывает тошнота. Закрываю рот ладонью и сглатываю раз за разом. Папа… Будь он неладен!
– И чего ты добилась? – усмехается. – Чего ты добилась, Алиса?!
Телефон! Я оставила там телефон, в котором была запись! Запись, которая доказывала непричастность Тимофея к делу Вороновых – моего отца и брата. Там было видно лицо предателя, а я… Господи, мобильник остался там! Его точно найдут, когда начнут убирать дом! Че-е-ер-р-рт!
– Прости… – произношу искренне. – От меня одни проблемы.
На глаза наворачиваются слезы, и я всхлипываю, понимая, что действительно помочь Тимофею очистить свое имя не получилось. План провалился, а провалила его я! Будь я проклята!
– Так, всё. Прекращай. Терпеть не могу женские истерики.
– Сам, видимо, свою женщину круто обидел, – говорю сквозь слезы.
Не знаю, откуда такая мысль, но, кажется, я попала в точку, раз мужчина так реагирует – смотрит на меня с распахнутыми глазами, поджимая губы в тонкую линию.
– Я развожусь, – бросает холодно и встаёт со стула. – Изменила.
Я слишком эмоциональная, да. И могу ошибаться в людях. Но та девушка, которую я увидела рядом с Рамилем… Нет, она точно не такая. Не похожа на изменщицу.
– Мне кажется, ты сам в это не веришь.
Мужчина замирает на секунду, снова одаривает меня злобным взглядом. Протягивает огромную ладонь, и я сжимаю ее. Рамиль помогает встать, а потом жестом показывает направо.
– Иди прими душ. Там одежда есть женская. Свежая. Потом в кухню. Тебе нужно поесть.
