– Спасибо, – шепчу, делаю шаг за шагом ватными ногами.
Мужчина проигнорировал мои слова. Значит, я права: он сам не верит в то, что жена ему изменила. А ещё мне кажется, что он сделал что-то ужасное и дико сожалеет об этом. Ладно. Не мое это дело. Своих проблем по горло.
Как только выйду из ванной, нужно попросить Рамиля, чтобы он позвонил майору. Я очень хочу услышать его голос. И надеюсь, Рамиль отпустит меня домой…
…Горячая вода смывает усталость последних дней. Меня жутко клонит в сон, но в то же время я очень хочу к Тимофею.
На одной из полок замечаю пакет. Рамиль сказал, чистая одежда. Действительно. Белое платье и нижнее белье. Новое!
Натягиваю всё на мокрое тело и выхожу. Не успеваю дойти до кухни, как звонит дверной звонок, и я вздрагиваю. Господи… Может, нас нашли люди отца?! Так быстро?!
Я прислушиваюсь к голосам и слышу лишь Рамиля.
– Без выходок… – а дальше не разбираю.
– Ты кто такой?.. – безумно любимый голос бьет по оголенным нервам.
Боже! Это действительно Тим? Это голос моего мужчины. Я не могу ошибиться, нет!
– Тим… – шепчу одними губами, увидев родное лицо и глаза медового цвета.
Моргаю несколько раз. Почему-то меня не отпускает мысль, что всё, что я вижу – это какое-то безумие, сумасшествие. Ну разве можно так?! Я думала, мы очень далеки друг от друга, но на самом деле протяни руку – достанешь. Вот он, стоит передо мной и смотрит на меня точно так же, как я на него – не веря своим глазам.
Почему-то я была уверена, что Рамиль не даст возможности так быстро встретиться с Тимофеем. Да и вообще не ждала от него понимания. Грубый и чересчур прямолинейный. Но я в нём ошиблась.
Гордин сам в недоумении. Значит, они с Рамилем не знакомы. Выходит, всё это план Тимура? Кхм… Интересно, однако. Думаю, Захаров сам появится с минуты на минуту.
Не знаю, чего мы ждём. А ведь я так мечтала об этой встрече, но не так её себе представляла. Сейчас мы оба смахиваем на памятники. Стоим смирно и смотрим друг на друга.
– Так. Я в магазин спущусь. Минут на пятнадцать, – Рамиль выходит, захлопывает за собой дверью.
Всего мгновение – и я оказываюсь прижата к стене. Тимофей крепко обнимает меня, жадно вдыхает запах волос. Целует каждый миллиметр моего лица, при этом не роняет ни слова. Абсолютная тишина.
Его руки везде: на талии, спине, плечах. Он гладит мой живот, не сводя от меня глаз медового цвета. В них беспокойство, боль, грусть и растерянность. Коктейль эмоций.
– Прости… – шепчет мне на ухо, изучая каждый позвонок пальцами. – Прости, малыш.
Я не отвечаю. Лишь обвиваю его шею руками и прижимаюсь плотнее, вдыхаю, наполняя лёгкие любимым терпким ароматом его парфюма. Я всё ещё не верю в происходящее. Всё это мне кажется приятным сном. Боюсь, что проснусь – и Тим исчезнет.
– Ты же действительно здесь? – отрываюсь от него и заглядываю в глаза. – Или это сон?
– Родная ты моя. Маленькая. – Подхватив меня на руки, несёт в гостиную и укладывает на диван. Сам садится рядом точно так же, как Рамиль. – Как ты себя чувствуешь? Нигде не болит?
Я мотаю головой. Сглатываю, глубоко вдыхаю и медленно выдыхаю. Нет, это реальность. Он здесь. Передо мной. Живой и невредимый.
– Я соскучилась, Тимофей.
Снова сглатываю, чувствую горячую дорожку на щеках. Не могу сдержать эмоции и впервые за последние дни показываю свою слабость. Слезы текут по лицу ручьем, а Тим пальцами стирает их.
– Больше такого не повторится, слышишь? Никогда. Обещаю.
– Я тебе верю, – говорю еле слышно.
Мы столько всего натворили… Он меня обвинил, не выслушав. Потом понял свою ошибку, но ступила я. Из-за гребаной гордости ушла из дома, а потом узнала, что жизнь такая жестокая штука, что даже брату и отцу доверять нельзя. Они, мои родные люди – два подонка, готовы убивать ради своей выгоды. Денег, которые всё равно с собой в гроб унести не смогут. Не понимают, что жизнь редко зависит от бабок. Даже самый богатый человек может случайно или не очень умереть, и никакое состояние не поможет.
Вспоминаю отца, и мурашки по коже рассыпаются. Жуть! Лучше бы я его вообще не знала! Как мама могла с таким тираном связаться? Мотаю головой. Тема отца и брата меня напрягает, и я уже о них думать не хочу.
– Ты голодная? Заказать что-нибудь? – спрашивает Тим. Рассматривает мое лицо. – Сука! Били? Кто? – цедит сквозь стиснутые зубы.
– Тим, это пустяки. Я ничего не помню, честно говоря. Когда с тобой разговаривала – спалилась, – пожимаю плечами и нервно улыбаюсь. Кадык любимого дергается. Он нервничает, я вижу боль в его глазах. – А потом очнулась тут. Так понимаю, это квартира Рамиля.
Тимофей выдыхает. Сжимает мою ладонь, подносит к губам и целует внутреннюю сторону, царапая кожу бородой.
– Прости… – шепчет сотый раз. – Прости, Лис.
– Тим, прекрати. Всё позади, – тихо смеюсь я и встаю с дивана. – Не заставляй меня лежать, я устала лежать сутками. Ты понял где.
– Утром в больницу съездим. Хочу быть уверен, что с сыном всё отлично.
– С сыном? – мои брови ползут вверх. – С чего ты взял?
Майор задумчиво смотрит на меня. Мне кажется, он не знает что ответить.
