– Что ты говоришь?.. – поддаюсь вперёд. – Что это значит?
– Она никогда не пила таблетки, прописанные врачами, – бьёт словами. Буквально закапывает меня заживо под землю. – Я их подменял.
– Что… – не верю своим ушам. – Что ты сказал?
Я поднимаюсь со стула и подхожу к брату. Схватив за воротник куртки, встряхиваю что есть силы.
– Что ты сказал?! – врезаю хлесткую пощечину, а он даже не дёргается. Не понимаю, зачем он начал говорить. Откровенничать. Добить меня решил? – Зачем? Зачем ты это сделал, Антон? Чтобы угодить отцу?
Отпускаю его и отхожу в сторону. Нужно успокоиться. Насколько бы ни была горькой правда, прошлое не вернуть. Ничего не изменить.
Сглатываю поступивший к горлу ком. Хожу из угла в угол, не в силах принять эту долбаную реальность. Как я не догадалась? Ведь однажды, когда я вызвала такси и увезла маму в больницу, врач спросил меня, пьет ли она таблетки. А я так уверенно сказала «да». Господи… вот же дура! Идиотка, блин, настоящая! Ведь состояние мамы с каждым днём ухудшалось! Я должна была понять!
– Я не хотел, но у меня не было выбора, – оправдывается Антон непонятно зачем.
Жалеет? Хрена с два! Он же настоящий преступник. Убийца! Ему плевать на всех точно так же, как и моему отцу.
– Она тебя воспитывала! Одевала красиво, а я в рваных колготках в школу ходила! Или соседка отдавала для меня старые тряпки своей дочери! Это твоя благодарность, Антон? Да? Отвечай!
Я кричу. Голос срывается. Руки ледяные – мне холодно. Все это от нервов, которые уже сдали. Я готова порвать собственного брата. Готова застрелить, придушить. Да что угодно, лишь бы он сдох!
А больше всего мне непонятен поступок мамы. Почему она так поступила со мной? Почему так заботилась о брате, а я будто для нее чужой была?
Мне кажется, моя жизнь состоит из сплошной лжи.
Смотрю на огромное стекло и жестом даю понять, чтобы никто не приходил. Точнее, чтобы майор не пришел. Впервые я так откровенно говорю с Антоном. И он во что бы то ни стало сегодня расскажет мне абсолютно всё о прошлом и настоящем.
– Зачем отцу это нужно было? – спрашиваю дрогнувшим голосом, вытирая слезы. – Чего вы добивались?
– Я не знаю, – пожимает Антон плечами, всматриваясь в мои глаза. На миг мне даже кажется, что он жалеет. – Ничего об этом не знаю, – опускает взгляд. – Но почему-то я всегда думал, что он хотел лишь тебя. Ну, чтобы ты сама его нашла, попросила о помощи.
– Чушь несёшь! – снова кричу. – Стелла тоже знала, да? Она тоже в этом деле? Вместе отравляли маму?
– Нет, – отвечает резко. – Она только телефон твой из сумки вытянула. И всё.
– Врешь! Эта стерва всегда была против меня!
– Я это и не отрицаю, – говорит брат так спокойно, что я впадаю в ступор. Что, черт подери, с ним происходит? – Но про мать она не знала даже.
– Тебе нравится подчиняться их приказам, Антон? – я снова присаживаюсь. Нужно поставить точку над последним вопросом. – Я все видела и слышала. Как тебя просили позвонить майору, позвать на какой-то адрес…
Брат недоверчиво щурится. Он вообще не верит мне. Верно, ведь откуда я могла знать? Меня же не было среди тех бандитов.
– Откуда?
– Я сняла все на камеру, – признаюсь, но о том, что телефон потеряла, молчу. – Не веришь? Тебе перечислить, во что вы были одеты?
– Не гони, сестрёнка, – усмехается.
– Антон, я не буду тебя уговаривать. Я просто подумала… может, смогу уговорить майора нанять для тебя хорошего адвоката… Хотя нет. Почему я должна это делать? Ты мать мою убил!
– Тот мент – друг отца, – неожиданно перебивает меня брат, игнорируя мои слова. Да он вообще будто меня не слышит! – Он много лет с папашей. Постоянно организовывал, чтобы на таможне не было проблем. Иногда останавливали наши грузовики с товаром. А Савин устранял неполадки.
– Зачем им Тимофей? – еле сдерживаю улыбку, несмотря на то, что мне очень больно за маму. – Почему этот долбаный Савин заклинился на нем?
– Потому что твой майорчик почти раскусил его. Савин в последний момент еле смог выкрутиться.
– Отлично, – выдохнув, встаю с места. Глаза жжет какая-то хрень. Устала, безумно хочу спать. – Им трындец.
– Не думаю. Отца много раз пытались задержать, но ни хрена.
– Не сомневайся, Антон. Хотя бы раз в жизни поверь мне.
– Ты мне поможешь? – снова перебивает. – Ты обещала.
Мои губы растягиваются в улыбке. Он смотрит с надеждой. А мне ни капли не жаль его.
– Я обещала позаботиться о Дашке. А насчёт тебя…– поджимаю губы. – Сколько раз ты мне что-то обещал? Хоть раз сдержал слово? А, брат?
Пожав плечами, я отворачиваюсь и направляюсь к выходу. Ноги не слушаются, а дыхание почему-то учащается. За спиной слышу короткое «сука».
– Одно дело – целую ночь мучиться, а второе… – смеётся Рамиль. – Тридцать семь минут – и всё готово.
– Алис, ты бледная… – взяв меня за руку, Тимофей уводит меня. – Все хорошо?
– Спать хочу. И, Тим… я хочу знать всё про маму. Мне кажется…
– Хорошо. Завтра же, – понимает с полуслова.
– Поехали домой, а? Я очень устала. «Начнем всё сначала»…
Улыбнувшись, Тимофей оставляет короткий поцелуй на моих губах.
– Конечно. Поехали.
