— Никогда не замечала, чтоб он кого-нибудь подвозил. — «А ведь это было странно, — сообразила она. — Ребята всегда набивались друг к другу в машины. Но никто никогда не ездил пассажиром с Эрни».
Это было не то, что хотел услышать Кэм. Если Эрни был втянут в события, происходившие в Эммитсборо, то он не мог действовать в одиночку. — В последние несколько недель ты много времени проводила с ним.
Шея ее зарделась, а затем и щеки стали медленно заливаться краской. — Мистер Атертон разбил всех на пары, чтобы готовиться к заданию по химии. Эрни и я вместе готовились.
— О чем он разговаривал?
Она пожала плечами. — Он не очень разговорчив. — Тут до нее дошло, что Эрни никогда не болтал, как Джош о школе, о родителях, других ребятах, спорте, фильмах. Он предоставлял ей возможность говорить, а затем отводил ее наверх в свою комнату.
— Вам приходилось обсуждать события, которые здесь происходят, убийство Биффа Стоуки, например?
— Да, пожалуй, немного. Я помню, как Эрни сказал, что Бифф был просто задницей. — Она еще сильней покраснела. — Простите.
— Все в порядке. Он еще что-нибудь говорил? — Жутко смущенная, она покачала головой. — Он когда-нибудь расспрашивал тебя о том вечере, когда вы с Джошем оказались на кладбище?
— В общем-то, нет. Но Джош сам всем рассказал и продолжал рассказывать, пока это уже всем не надоело. Джош просто не может остановиться, понимаете? — Она надеялась про себя, что тот все еще был готов пойти с ней на вечеринку.
— Салли, в прошлый понедельник вечером ты была с Эрни?
— В прошлый понедельник? — Она с благодарностью посмотрела на Клер, снова наполнившую ее стакан «Пепси». — Нет. По понедельникам я сижу с ребенком Джен-кинсов.
— И Эрни не заходил за тобой? Вы не отправились к нему домой после того, как ты освободилась?
— Нет, Дженкинсы живут с нами по соседству, и если бы ко мне зашел парень, моя мама бы рассердилась. Обычно Дженкинсы раньше одиннадцати домой не возвращаются.
— А во вторник?
— Во вторник? — Она отвела глаза и взяла стакан.
— Во вторник вечером ты была с Эрни? Она кивнула, затем поставила стакан на стол, не отпив из него. — Я должна была быть дома у Луизы и заниматься, но вместо этого пошла к Эрни. Его родители работают по вечерам.
— Я знаю. Ты можешь мне сказать, когда ты к нему пришла и когда ушла?
— Я ушла от Луизы около десяти и через несколько минут была у него. Ушла после одиннадцати.
— Ты точно помнишь?
— Да, потому что я должна была быть дома в одиннадцать, а когда вернулась, было уже половина двенадцатого, и мой отец был вне себя.
— О'кей. «Маленький стервец не мог быть одновременно в двух местах», — подумал Кэм. Но он еще не собирался так легко отказываться от своих предположений. — Ты видела эту пентаграмму, которую носит Эрни?
— Конечно. Обычно он носит ее под рубашкой, но… — Она слишком поздно спохватилась, что это могло означать, и снова уставилась на стол.
— Кто-нибудь еще из ребят носит такую же?
— Нет, не думаю. Больше никто, собственно, этим не интересуется.
— Чем этим?
— Ну, вы знаете, сатанизмом и всем таким. Кэм почувствовал, как стоящая рядом Клер напряглась, но все его внимание было обращено на Салли. — А Эрни интересовался?
— Пожалуй, да. Он носил пентаграмму. У него в комнате были черные свечи. Он любил зажигать их и слушать черный металл.
— Ты его когда-нибудь об этом спрашивала?
— Однажды я его спросила, почему он всем этим увлекается, а он только улыбнулся и сказал, что это игра… Я не думаю, что для него это было игрой. Я сказала, что видела по телевидению, как в этих культах убивали людей, даже младенцев, а он сказал, что я легковерная и что таким способом общество отвергает то, чего не может понять.
— Он еще что-нибудь говорил об этом?
— Не могу вспомнить.
— Если вспомнишь, то приходи и расскажи мне.
— Хорошо.
— Хочешь, чтобы я довез тебя до дому?
— Нет, со мной все в порядке. Она крепко сжала губы. — Вы собираетесь говорить с моими родителями?
— Если мне понадобится поговорить с ними на эту тему, первым делом я сообщу тебе.
— Спасибо. — Она слабо улыбнулась ему и затем обратилась к Клер. — Вы с Анжи здорово мне помогли.
— Мы должны держаться вместе. Салли кивнула, вставая со стула.
— Я, да… У Эрни в комнате есть телескоп, — вырвалось у нее. — Я один раз поглядела в него, когда он оставил меня одну на минутку. Я могла смотреть прямо в окно вашей спальни. — Она снова покраснела. — Я думаю, вы должны это знать.
Клер с трудом удалось сохранить непроницаемое выражение лица. — Спасибо.
— Мы еще увидимся.
— Заходи в любое время, когда захочешь. Когда Салли ушла, Клер тихо и протяжно выдохнула. — Пожалуй, теперь я стану опускать жалюзи.
— Маленький сукин сын.
Клер схватила Кэма за руку, прежде, чем тот успел встать. — Что ты сейчас собираешься делать, избить его? Ты не только вдвое старше его и в полтора раза тяжелее, но но у тебя еще и значок, запрещающий тебе это делать.
— Я сниму его.
