Иногда я представляла себе этот самый момент, когда Ник сообщит мне эту новость, как бы вела себя, как бы радовалась, что мне больше не придется делить своего мужчину с кем-то еще. Как бы вешалась ему на шею, а потом зацеловала до одури. Но ничего из этого не произошло. Ступор. Да, внутри меня переполняло счастье, однако показать его я не в состоянии. Может, эта внезапность шокировала меня больше, чем сами слова, или же замыслы не совпали с действительностью, однако Ник дал возможность осознать реальность.
Ту самую реальность, в которой мы будем счастливы.
– Получается, мы можем быть…
– Вместе, – закончил он за меня. Вместе… Как сладко звучит это слово. – Я заказал нам еду и вино. Присоединишься?
– С удовольствием, – я улыбнулась Нику и присела напротив него. Да, я не ошиблась, он заказал пасту с креветками. Мою любимую. Все-таки запомнил мой выбор и любовь к морепродуктам.
Пока я осматривала импровизированный ужин и наши блюда, Ник откупорил вино и разлил его по бокалам. Я не могла скрыть на своем лице улыбку. Теперь мы вместе. Раз и навсегда. Больше нам не придется скрывать отношения, больше не нужно оправдываться ни перед кем. Теперь это только наша жизнь, которая никого не должна касаться. Существуем только мы вдвоем. И никто не помешает нам быть счастливыми.
– Предлагаю тост, – начал Ник, как только наполнил наши порции светлой жидкостью (в этот раз, на мое удивление, он выбрал белое вино). – За нас.
– За нас, – повторила я и пригубила напиток.
Мы не отрывались друг от друга, пока пили вино, не опускали взгляды, даже когда поставили бокалы на место, рядом с тарелками. Наши глаза разошлись по своим дорогам только в тот момент, когда пришла пора приступить к еде. Ароматная паста у меня и стейк с непонятным соусом у него. Да, Ник любил стейки, это я поняла еще с того похода в ресторан, когда он при мне умял полупрожаренную порцию.
– Я бы на твоем месте застегнул пуговку, – его резкий голос едва не напугал меня, однако в нем не слышалось недовольства, скорее всего, здесь преобладали совершенно другие нотки. До боли мне знакомые. – Она мешает мне ужинать.
Проследив за его взглядом, я действительно обнаружила расстегнутую пуговицу, открывающей зону декольте самым бесстыдным способом. Наверное, будь я в общественном месте, то прислушалась бы к его совету. Но не дома, когда нас никто не увидит, не в этот момент, когда эмоции зашкаливают за планку нормальности.
Не сейчас, когда хочется поиграть со своим мужчиной и насладиться им сполна…
– А если я сделаю так, это сильно будет тебя отвлекать? – абсолютно невинным голосом проговорила я, прикоснувшись к слегка обнаженной коже. Опуская руку чуть ниже, к другим пуговицам, одна из которых внезапно расстегнулась, открывая грудь томно глядевшему на меня мужчине.
– Лика, – он шумно выдохнул, едва сдерживая собственные эмоции, а я продолжала расстегивать пуговицы на блузке, увлеченная внезапно начавшейся игрой. Так приятно наблюдать за его темнеющими глазами, за чуть пухлыми губами, сомкнутыми в тонкую линию, за сжимающими приборы руками, готовыми вот-вот разломить их напополам. За тем, как он сорвется с места и возьмет меня прямо сейчас. Жестко. Страстно. Как всегда умел.
Как мечтаю почувствовать всю эту бурю эмоций, и, видимо, мое желание вот-вот сбудется…
Буквально одним рывком Ник преодолевает расстояние между нами и жарко впивается в мои губы, крепко притягивая к себе. Всегда любила его поцелуи, переходящие из жесткого состояния в более нежное и трепетное. Возбуждающее и будоражащее все внутри. Как же люблю его чуть пухлые губы, умело сминающие мои, чуткий и развратный язык, сплетавшийся с моим собственным. А что в это время творят его руки, невозможно передать словами. Они раздевают, ласкают, оставляют ожоги, которые еще несколько минут хранятся на коже. Сводят с ума. Все в этом мужчине сводит меня с ума с первого дня нашей близости.
Его губы медленно опускались по шее, задевая нежную кожу за ушком, чуть ниже, проходя по пульсирующей артерии влажным языком. Еще ниже, останавливаясь на груди, скрытой под чашечками лифчика. Однако возбужденного мужчину, такого, как Ник, вряд ли остановит этот элемент нижнего белья. Эту мысль подтвердили его дальнейшие действия, когда он резким движением стянул ярко-красную чашку вниз и припал к открывшейся горошинке соска, требующей ласки.
Меня будто ударяли током каждый раз, когда его язык стучал по небольшой плоти, настолько сильно я скучала по этим манипуляциям. И вроде бы все повторялось раз за разом, каждый раз, когда нас накрывало с головой пучиной страсти, однако секс с ним вряд ли мне когда-нибудь надоест, хотя бы потому, что подобные ощущения я не испытывала ни с кем ранее, несмотря на изощренность предыдущих любовников.
