Когда она взялась за подвязку, ладонь Роберта легла на её бедро. Талина сразу же догадалась, что последует дальше, и её обдало как огнём. Закружилась, голова, когда он стал помогать. Его пальцы медленно скользили по ноге девушки, вызывая трепет. Сняв наконец подвязку и чулок, Талина опустила ногу.
— А теперь поставьте на табурет другую ногу.
Его низкий голос с лёгкой хрипотцой отзывался в ушах девушки, переполняя чашу страсти. Но этому голосу невозможно было противиться. Она выполнила и этот приказ. Талина не смогла унять дрожь, когда Роберт снова стал гладить её по бедру и ноге. Сняв чулок, она бросила его на пол, а рука мужчины прошлась по неприкрытой коже к внутренней стороне бедра, обжигая своим теплом. Дыхание участилось, колени подкашивались и Графиня едва не рухнула от избытка чувств.
Резко поднявшись, Роберт развернул супругу к себе спиной обхватив тонкую талию руками. Он так крепко прижимался к её спине, что Талина почувствовала его желание. Она взглянула в зеркало, пытаясь разгадать его замысел. Но Роберт опустил глаза, и она так и не смогла уловить их выражение.
Руки мужчины скользнули вверх, и его пальцы начали очень осторожно поглаживать её грудь. Нервная дрожь пробежала по телу. Из-под вдруг отяжелевших, как будто налившихся свинцом век, она снова посмотрела в зеркало и увидела, что его губы кривятся в усмешке.
Наклонившись, он шепнул на ухо:
— Как хорошо что сегодня вы решили отказаться от корсета.
— Не люблю это орудие пытки, сильно сдавливает грудь и невозможно дышать.
— Скрывать такую грудь это настоящее преступление. — задев губами мочку уха, Роберт снова встретился с ней взглядом. — А теперь вам надо полностью раздеться.
Повинуясь зову плоти, Талина взялась слегка подрагивающими пальцами за ленточки на сорочке, и полупрозрачная паутинка упала к её ногам. Теперь она предстала перед мужчиной в своём первозданном виде.
Талина не знала, какой он представлял себе её без одежды. Ей стало трудно дышать, было стыдно поднять взгляд. В голове был туман, мысли путались, чувства были в смятении. Набравшись смелости, она заставила себя поднять глаза и увидела в отражении выражение искреннего восторга на лице супруга. Её нагое тело вызвало у него восхищение!
Волна радости захлестнула девушку. Он пожирал её жадным взглядом, видел, что его реакция понравилась ей. Заметив, что глаза Роберта прикованы к её губам, Талина хотела повернуться и слиться с ним в поцелуе, но он остановил её.
— Еще не время. — мягко произнёс Граф, его дыхание было таким же неровным и прерывистым, как и у неё. Роберт изо всех сил старался не потерять самообладание и контроль над собой. Он хотел насладиться каждым мгновением близости, — Вы представить себе не можете, как долго я ждал этого.
— Тогда почему отвергали меня?
— Запретный плод сладок.
Тон его голоса и интонация глубоко запали в душу Талины, затронув её чувственность изнутри. Она пошатнулась от избытка чувств, но Роберт крепко держал её в своих объятиях. Прикрыв глаза, молодая Графиня погрузилась в собственные ощущения. Руки супруга блуждали по её телу, вырисовывая причудливые узоры. Почувствовав его пальцы на шее, Талина изогнулась под этой лаской.
Роберт принялся доставать шпильки из причёски девушки и совсем скоро густые тёмно-русые волосы, блестящей волной рассыпались по спине и плечам.
Она почувствовала дыхание мужчины на своей щеке.
— Вы — моя жизни, вы — искушение, вы — женщина, перед которой я готов преклоняться. Я благодарен Светлому за то, что он свёл меня с вами, дал возможность владеть вами. Но, владея вами, я одновременно и принадлежу вам.
Роберт не знал, откуда у него взялись эти слова, но они были правдивыми и отвечали его тайным желаниям и мыслям. Его душа, в глубину которой сумела проникнуть невинная, восхитительная Талина, откликалась на эти признания. Её чистота, сила духа, верность себе и изменения, на которые она пошла в этих отношениях, всё это восхищало.
Лаская её нагое тело, Роберт пробуждал в ней восторг, желание близости. Каждый раз, когда он сжимал её в объятиях, он приобрел неоценимый опыт и знал, где находятся самые чувствительные точки девушки. Он видел какой страстью наполнена его супруга и жаждал раскрыть эту страсть. Постепенно Роберт разжигал в Талине огонь, такой, же сильный, какой полыхал в его крови.
Сгорая от желания, он не спешил, наслаждаясь прелюдией. Растягивая удовольствие, он наблюдал за тем, как она теряла силы и готова была рухнуть на пол, но в последний момент поддерживал её, прижимая к себе, а затем снова отстранялся и продолжал ласкать.
«Неужели эта пытка может быть такой приятной?» — задыхаясь, подумала Талина. Она уже давно перестала следить за руками Роберта, растворяясь в этом восхитительном ощущении восторга. Но при всём этом хотелось большего, что бы и он получил удовольствие.
Она и понять не успела, как оказалась лицом к нему. Припав к розовым губам Роберт чувствовал что оказался на грани. Вкус невинности и страсти кружил ему голову. Он осыпал ее поцелуями, и она извивалась в его руках.
