— До тех пор, пока энергетическое тело не достигнет полного развития и зрелости, оно поглощено собой, — продолжал дон Хуан. — Оно не может освободиться от навязчивого стремления проникнуть во все. И если ты примешь это во внимание, то вместо того, чтобы воевать с ним, как ты делаешь это сейчас, ты сможешь протянуть ему руку помощи.
— Как мне сделать это, дон Хуан?
— Направляя его поведение или, иными словами, выслеживая его[21] (с помощью сталкинга его).
Он объяснил, что поскольку все, связанное с энергетическим телом, зависит от надлежащего положения точки сборки, и поскольку сновидение является ничем иным, как способом смещать ее, то сталкинг (выслеживание), таким образом, является способом заставить точку сборки оставаться неподвижной в идеальном положении, которое в этом случае является положением, в котором энергетическое тело может быть сгруппировано (укреплено)[22] и откуда, в конце концов, оно может выйти[23].
Дон Хуан сказал, что, как полагают маги, в тот момент, когда энергетическое тело обретает способность двигаться самостоятельно, оптимальное положение точки сборки достигнуто. Следующим шагом является выследить ее[24], то есть зафиксировать в этой позиции для того, чтобы завершить энергетическое тело. Он отметил, что эта процедура есть сама простота. Человек намеревается выследить ее[25].
Он замолчал, и мы выжидающе посмотрели друг на друга. Я ожидал, что он скажет больше, а он ожидал, что я подтвержу, что понял его слова. Но я не понимал.
— Позволь своему энергетическому телу намереваться оптимальной позиции сновидения, — объяснил он. — Затем позволь своему энергетическому телу намереваться оставаться в этой позиции, и ты будешь выслеживать[26].
Он сделал паузу, глазами побуждая меня внимательно рассмотреть свое утверждение.
— Секрет в намеревании, но ты уже знаешь это, — сказал он. — С помощью намеревания маги смещают свои точки сборки и фиксируют их также с помощью намеревания. А для намеревания не существует техники. Человек намеревается путем использования[27].
В этом месте мои дикие предположения о своей ценности как мага были неизбежны. Я был безгранично уверен в том, что нечто направит меня на намеревание фиксации моей точки сборки в идеальном месте. В прошлом я уже совершал всевозможные удачные маневры, не имея понятия, как мне это удавалось. Сам дон Хуан удивлялся моей способности или моему везению, и я был уверен, что так случится и на этот раз. Но я грубо ошибался. Что бы я ни делал и как долго я ни ждал, мне никак не удавалось зафиксировать точку сборки хоть где-нибудь, не говоря уже об идеальном месте.
После месяцев упорных, но неудачных попыток я сдался.
— Знаешь, я на самом деле верил, что смогу сделать это, — сказал я дону Хуану сразу же, как только вошел в его дом. — Боюсь, что сейчас, я страдаю от своей эгомании больше, чем когда-либо.
— На самом деле это не так, — сказал он с улыбкой. — Случилось так, что ты снова запутался в своем обычном неправильном понимании терминов. Ты стремишься найти нужное место так, будто ищешь потерянные ключи от машины. Затем ты хочешь привязать к нему свою точку сборки так, как завязывают шнурки. Идеальное место для точки сборки, а также ее фиксация — это метафоры. Они не имеют никакого отношения к словам, используемым для их описания.
Затем он попросил меня рассказать ему о самых последних событиях в моей практике сновидения. Я сразу же упомянул, что моя склонность быть поглощаемым деталями предметов существенно уменьшилась. Я сказал, что это, возможно, произошло потому, что я был вынужден постоянно перемещаться во сне. Таким образом, движение, возможно, было тем, что всегда останавливало меня до того, как я погружался в детали. Останавливаясь подобным образом, я получил возможность исследовать процесс своего поглощения деталями. Я пришел к выводу, что неживая материя в действительности обладает парализующей силой, которую я видел как луч тусклого света, приковывающий меня к месту. Например, много раз было так, что небольшая отметина на стене или узор древесных волокон на паркетном полу в моей комнате излучал поток света, который обездвиживал меня. С того момента, как мое внимание сновидения сосредоточивалось на этом свете, все сновидение начинало вращаться вокруг одной этой незначительной детали. Я видел, как ее размер увеличивался едва ли не до космических масштабов. Такое рассматривание обычно продолжалось, пока я не просыпался, оказавшись, как правило, прижатым носом к стене или к деревянному полу. Мои наблюдения показывали, что, во-первых, я наблюдал детали из реального мира, а, во-вторых, казалось, что я созерцал их, когда спал.
Дон Хуан улыбнулся и сказал:
