— Мы за него еще не брались, — заметил я.
— Просто вы не можете поделить мою шкуру.
— Ты слышал? Мы не можем поделить шкуру неубитого Алекса.
— Разыграем, — лениво отреагировал Лео, — ту монетку ты не потерял?
— Я ее передал музею обороны Мачераты! Так что Алекс в безопасности.
— Вот и хорошо, — облегченно вздохнул чудом оставшийся в живых приколист. — Продолжаю, около окна сидят мой брат Тони и герой обороны этой самой Мачераты, Гвидо.
Гвидо, не оборачиваясь, заехал Алексу локтем в живот. Алекс охнул.
— Готов, — констатировал Лео, — сейчас шкуру и поделим.
Вокруг аэробуса летали «Сеттеры» сопровождения: демонстрировали восторженным зрителям фигуры высшего пилотажа. Тони постоянно дергал то меня, то Алекса, чтобы поинтересоваться, умеем ли мы это.
А мы пикировались до самой посадки, все были очень довольны: давно мы не собирались все вместе, а тут еще нам что-то такое интересное предстоит. Алекс просветил Лео и меня на этот счет: каждый год какой-нибудь сюрприз на подземном полигоне, да и остальная программа не оставила меня равнодушным.
Примерно через час Роберто перестал смущаться и принял участие в нашей болтовне. В общем-то, раз он больше не поглядывает на Ларису, я ничего против него не имею.
Через два часа мы прилетели на прекрасный остров Пальмарола, самой природой предназначенный для детских военных лагерей, скалы не слишком сложные; пляжи большие и посыпанные золотым песочком; лагуны с прозрачной водой, пронизанные солнцем до десятиметровой глубины; большая система изумительно красивых карстовых пещер; высокие холмы, заросшие хвойным лесом; быстрые ручьи и маленькие речки, огромные поля с высокой травой. Плюс всё то, что сделано руками человека: полосы препятствий, стрельбища и еще что-то такое под землей. Детям подробностей не рассказывают, все только догадываются, что там расположен большой полигон, на котором и устраивают каждый год разные сюрпризы. Осенью, зимой и весной здесь тренируются новобранцы. Из багажного отсека выгрузили наши рюкзаки.
— Стой, — сказал Лео Гвидо, — сколько тебе сейчас можно таскать на спине?
— А чего? — заинтересовался Роберто.
— Под Мачератой, — ответил я, — Гвидо всю кожу со спины из бластера… — Я свистнул.
— Понятно.
Гвидо надулся:
— Со мной всё в порядке!
— Ну вот что, герой, — решительно заявил я, — если ты сию же минуту не дашь слово, что всякий раз будешь честно признаваться, если у тебя что-нибудь заболит, ты вообще рюкзак в руки не возьмешь, понял?! И благодари бога, если мы не будем таскать тебя самого.
— Ладно, — проворчал Гвидо, переспорить меня он не надеялся.
— То-то же. Так как?
— Ну, он пока легкий, только одежда и всякие мелочи.
— А сколько тебе можно загорать?
— Пять минут в день, — вздохнул Гвидо.
— Я прослежу, — пообещал Лео.
Я кивнул. Гвидо застонал в отчаянии.
— Вам с Тони, — предложил Алекс, — надо собраться на конференцию «что такое старший брат и как с ним бороться».
— Вместе со мной, — смеясь заметил Лео, — я тоже самый младший.
Трудно поверить, что это так. Но комментировать я не стал. Лео, наверное, так же мечтает о младшем братишке, как и я.
Нам сейчас предстоит небольшой марш: пятнадцать километров по холмам, к нашему лагерю.
— Года три назад, — признался Алекс, — я еще верил, что того, кто отстанет или заноет, немедленно отправят домой.
— А что? Не отправят? — заинтересовался Тони, кажется, он немного испугался.
— А какая разница? — удивился я и подмигнул ему: все будет в порядке, малыш.
Может быть, следовало отправить его к ровесникам? Э-э-э… В прошлом году я просил Алекса позаботиться о Гвидо… О мальках надо заботиться, но не настолько, чтобы они так и не научились плавать.
Тут к нам подошел одетый в полевую форму пехотный капитан. Мы поздоровались. Он ответил.
— Кажется, я здесь еще не всех знаю, — заметил он. — Начальник военного лагеря, капитан Ловере.
Лео, Тони, Роберто и я назвались.
Роберто смотрел на меня во все глаза. Черт возьми! Опять, как осенью в университете: я представляю из себя не то, что я есть, а сына знаменитого отца! Как я тогда сказал-то?.. «Знаменитая фамилия и последствия неудачной лоботомии — два разных диагноза». Этого хватило. Сейчас не всё так просто.
Капитан Ловере, если и был удивлен, то ничем этого не показал. Впрочем, у него же есть список, он знал, что я сюда еду.
Построились — и вперед. По холмам. Для малышни — серьезное испытание.
По дороге Алекс объяснял нам, как тут все устроено. В один аэробус помещается триста пассажиров. И это все ребята, что будут в нашем лагере. Детские лагеря устраивают вдоль берега моря, рядом с пляжами. На расстоянии несколько десятков километров друг от друга. Транспорт на острове представлен несколькими легковыми джипами и маленькими катерами, поэтому большая часть перемещений — на своих двоих. Чтоб ноги не атрофировались.
К подземному полигону, тому самому, на котором всегда устраивают разные сюрпризы, впрочем, возят на катере. Я так понял, что это что-то вроде нашей трассы, только проходить ее на этот раз будет не Геракл и не Диоскуры, а я сам.
Через три часа мы пришли.
