Исламское государство. Армия террора полностью

Однако, по словам нескольких жителей Минбиджа, с которыми авторам этой книги удалось поговорить, горожане симпа-тизировали ИГИЛ и сетовали на то, что ее вытеснили из города. «Люди видели от ИГИЛ только хорошее, хотя им не нравились ее религиозные установки, — сказал горожанин Шади аль-Хасан. — Кроме того, все знали, что те, кто воюет с ИГИЛ, — худшие люди в наших краях». Уход ИГИЛ из Идлиба и северного Алеппо помог ей вернуться в Минбидж и взять реванш. Получив подкрепление из Ракки и северо-восточного Алеппо, «Исламское государство» вновь установило контроль над городом. Вскоре в нем заработала полноценная система управления, поразившая и коренных жителей города, и беженцев. Быть может, в это трудно поверить, учитывая кровавые злодеяния ИГИЛ, но сирийцы массово присоединялись к этой джихадистской группировке и охотно сотрудничали с ней на местном уровне. Члены ИГИЛ выполняли разные роли: некоторые были готовы воевать, в то время как другие работали охранниками, лечили людей, пекли хлеб, заседали в шариатских судах и т. д. Для местного сообщества разница была ощутима: ИГИЛ обеспечивала безопасность и охрану, а ее правосудие было скорым и не делало исключений даже для собственных бойцов, если те нарушали строгий моральный кодекс организации. Поэтому похищения людей, грабежи и вымогательство почти прекратились.

Айман аль-Митьиб, беженец, живущий в Минбидже с ноября 2013 г., рассказывал: «Их действия не находят полной поддержки, но и не встречают всеобщего неприятия и сопротивления. Люди поддерживают „Исламское государство“ из-за его честности и неподкупности на фоне коррупции, свойственной большинству группировок ССА. Некоторые из отрядов ССА тоже присоединились к ИГИЛ».

Рассказ о том, насколько успешно проявила себя ИГИЛ в Минбидже, актуален и для других областей, находящихся под ее контролем, в особенности тех, где структуры ССА оказались не состоянии справиться с коррупцией и нарушением прав человека. Перебежчик из сирийской армии в беседе с корреспондентом Guardian в ноябре 2013 г. рассказал, что ИГИЛ распространяется по Сирии подобно вирусу, подчиняя себе другие группировки и присоединяя территории. «Они нападают на более слабые формирования под предлогом того, что их командиры либо бандиты, либо грабители, действуя одномоментно только против одного подразделения». А стоит ИГИЛ обосноваться в каком-либо городе, как она начинает расширять сферу влияния, захватывая все населенные пункты вокруг⁶.

Одним из первых командиров повстанцев, публично казненных ИГИЛ, стал Хасан Джазра из группировки «Гураба аш-Шам». До революции Джазра был торговцем арбузами, потом принимал участие в мирных протестах против Асада и, в конце концов, стал повстанцем. Чтобы финансово поддерживать свой отряд, он занимался грабежами. В сообщении о смерти Джазры журналист Оруа Мокдад написал: «В Алеппо Хасана Джазру знали как вора. Но, как бы то ни было, в течение полутора лет он не покидал свой боевой пост, несмотря на постоянные атаки регулярной армии. Он был сыном протестного движения, которому, когда ситуация стала ухудшаться, пришлось стать военачальником… И такое по ходу войны случается все чаще»⁷. ИГИЛ казнила его вместе с шестью его бойцами в ноябре 2013 г. Этой казнью «Исламское государство» хотело показать: те, кто ищут на войне собственную выгоду или отклонились от прямого революционного пути, ничем не лучше режима. И хотя посмертная репутация Джазры зависит от того, кого вы о нем расспрашиваете, для ИГИЛ его казнь стала актом правосудия, который добавил ей популярности. После этого события она упрочила свое положение в районах, удерживаемых повстанцами.

Организация управления стала выигрышной стратегией ИГИЛ. Благодаря ее модели руководства многие люди перешли на сторону «Исламского государства», стали сотрудничать с ней или по крайней мере не противились ее существованию на территориях их проживания. Поскольку это ключевой аспект выживания ИГИЛ, важно понять, каким образом этой группировке удается завоевывать сердца и умы, несмотря на ее патологическую жестокость.

Когда сирийские повстанцы начали по всей стране брать под свой контроль целые регионы, их жители относились к беззаконию более-менее терпимо, считая его неизбежной платой за последующее свержение режима. Впоследствии выяснилось, что некоторые связанные с ССА группировки занимались грабежом и разбоем, утверждая, что за всем этим стоит режим Асада. Но по прошествии времени такая ситуация стала вызывать недовольство местных общин. Некоторые соединения ССА решили и вовсе отойти с передовой и заняться более прибыльным делом на подконтрольных территориях. Их разобщенность, нацеленность на собственную выгоду и некомпетентность заставили людей отвернуться от них.