Селестрия была готова к такому повороту: быстро нагнулась вперёд, схватила лодыжку фракийца, резко выпрямилась, высоко вверх поднимая его ногу. От такого приёма сатр не удержался на мерине и кубарем полетел на траву. Предводительница, как пантера, спрыгнула с жеребца, на ходу вытаскивая кинжал. Прижав коленом поверженного врага, дикарка надавила ножом на его горло, да так сильно, что из-под лезвия выступила кровь. Орлок презирал смерть, он много повидал на своём веку и мог отличить настоящую храбрость от пафоса. Ему нравилась эта гордая девушка. Вождю вдруг стало интересно, что она будет делать дальше, и он молчал. Селестрия не хотела лишать жизни полупьяного вояку, но и оставлять слова оскорбления без внимания она не собиралась, поэтому, грозно сдвинув брови, сурово промолвила:
– Ещё раз позволишь что-то подобное – прирежу и глазом не моргну. Понятно?
Понимая, что сделка не состоится, смелая охотница с силой оттолкнулась от лежащего на спине кочевника, встала, убирая клинок в ножны, сделала несколько шагов по направлению к своему коню, собираясь покинуть это место.
Орлок потрогал порез рукой: рана была неглубокая, но кровь резво сочилась из неё, обильно окрашивая пальцы красным цветом. Приподнявшись на локте, он примирительно бросил вслед уходящей дикарке:
– Так сколько коней ты хочешь?
Селестрия остановилась, обернулась и, не отвечая на вопрос, промолвила:
– Сколько голов можешь пригнать?
– Чем заплатишь? – не сдавался вождь.
– Золотом, в слитках.
– Для начала триста.
– Идёт, – предводительница исмаритянок ловко вскочила на жеребца.
Зажимая ладонью пораненную шею, Орлок поднялся на ноги.
– Неподалёку отсюда находится Красная поляна, знаешь, где это? – спросила Селестрия, перебирая в руках поводья.
Сатр кивнул головой и пояснил:
– Красным это место называют потому, что там растут маки.
– Верно, – усмехнулась светловолосая охотница, – через три дня, с восходом солнца, пригонишь табун туда, тогда с тобой и расплачусь.
Не дожидаясь ответа, зеленоглазая девушка ударами пяток тронула скакуна с места, набирая скорость, и помчалась прочь, оставляя кочевого вождя наедине со своими мыслями.
–
Провинция Мезия располагалась в верхней части Фракии и граничила по реке Истр с землями Дакии; на западе область защищали горы Родопа, плавно переходившие в массивные хребты Скорд, разделявшие огромную территорию на почти равные части. Северная сторона представляла собой плодородную равнину, на ней возводились поселения, жители которых занимались землепашеством. В долине реки Гебр находился город Хадриаполис. Эта крепость настолько удачно была расположена, что позволяла контролировать всю низину. Ставленником римской республики в этом населённом пункте был назначен префект Юний Памелион – бывший военный с отменой выправкой, седовласый, с орлиным носом и тонкими губами на длинном лице. Серьёзный, умный политик, он являлся по своей природе консерватором. Находясь в просторном помещении административного здания, сидя за дубовым столом, он уже знал о налёте на караван и о том, что хозяин обоза откупился от разбойников золотом. Вроде бы и товар остался цел, и повозки с грузом прибыли точно в срок, но погибли легионеры, а такое нельзя прощать. Необходимо расспросить купца о тех, кого он увидел, хотя бы приблизительно узнать численность атаковавших. Юний три раза хлопнул в ладоши – мгновенно из-за двери появился воин, охранявший покои вельможи.
– Пригласи ко мне Боруха Ривмана, прибывшего сегодня утром с востока, – и после небольшой паузы добавил: – Да, и позови сопровождавшего обоз центуриона Кастула Ролло.
Солдат, получив распоряжение, быстро покинул залу.
Прошло немного времени, и в рабочий кабинет префекта вошли двое. Впереди величественно вышагивал Ривман. Теперь торгаш не выглядел испуганным, напротив – в его выражении лица угадывались высокомерие и надменность. Одежда выгодно подчёркивала его статус зажиточного и успешного купца. Поверх нижней шерстяной красной рубахи, доходившей до голеней, красовалась яркая укороченная синяя полотняная туника, едва прикрывающая колени, с короткими, но широкими рукавами. На поясе виднелся льняной ремень, расшитый золотыми нитями, ступни прикрывали сандалии с длинными ремешками, которые завязывались на щиколотках ног. Волнистые волосы опрятно уложены и подвязаны шнурком, борода расчёсана и умащена дорогими маслом и благовониями.
Юний Памелион придирчиво рассматривал вошедшего гостя и не увидел в его взгляде ни страха, ни намёка на сомнение. Наконец префект заговорил:
– Сожалея о произошедшем казусе, мы приложим все усилия, чтобы быстрее найти злоумышленников. Однако нам необходимо собрать как можно больше сведений о смутьянах, посмевших напасть на нас. Сколько их было? Кто верховодит у них? Каково их вооружение?
Патриций замолчал, давая время Боруху собраться мыслями и высказаться.
Ривман гордо вскинул подбородок и начал говорить:
