Альфонсо слушал внимательно; он чувствовал порыв, одушевлявший эти стихи, они будоражили ему кровь. Однако больше не заглушали голоса рассудка, который твердил ему, что порыв этот тщетен, а старый рыцарь немного смешон.
Местность вокруг Толедо прочесывали отряды мусульман, они обложили все дороги. Но осторожный халиф не спешил замкнуть город в кольцо, ему надо было серьезно подготовиться, прежде чем приступить к настоящей осаде. Он уже продвинулся далеко на север и подчинил себе бо`льшую часть Кастилии. Покорил Талаверу, покорил Македу, Эскалону, Санта-Крус, Трухильо, покорил Мадрид. Кастильцы бились смело и упорно. С особым мужеством держали оборону духовные князья, в битвах пали епископы Авилы, Сеговии, Сигуэнцы. Но пред чудовищным превосходством мусульманских полчищ любое сопротивление было тщетно. Чем сильнее давали отпор, тем больше разгоралась ярость мусульман. Они опустошали страну, вытаптывали поля, срубали виноградные лозы, угоняли скот.
Нехристи покорили и бо`льшую часть королевства Леон. Дошли до берегов реки Дуэро. Разрушили старую славную столицу Саламанку. В Португалии они тоже заняли большие области. Штурмом взяли святой великий монастырь Алкобаса. Разграбили его, убили почти всех монахов. Во всей христианской Испании царили голод, болезни и нищета. Никогда еще с начала Реконкисты не выпадало на долю сей страны такой напасти, как теперь, после бессмысленной битвы под Аларкосом.
Христианские государи во всем винили одного Альфонсо. Леон и Наварра вступили в переговоры с мусульманами. Наваррский король пал так низко, что даже предложил халифу союз против других христианских королевств. Предполагалось, что наследник наваррского престола женится на дочери Якуба аль-Мансура, сам же король соглашался признать халифа своим сюзереном. В качестве вассала он рассчитывал управлять всеми землями, отторгнутыми мусульманами у христиан.
Итак, обеспечив безопасность с севера, халиф приступил к окружению Толедо. С зубчатой стены своего замка Альфонсо видел, как медленно, неотвратимо и грозно приближаются тараны и осадные башни.
Кастро испросил дозволение покинуть Толедо, чтобы защищать собственные владения, маркграфство Альбаррасин. Альфонсо не возразил ни слова.
– Ты даже не поблагодаришь меня, государь? – спросил Кастро.
– За что мне тебя благодарить? – вопросом на вопрос ответил Альфонсо.
Донья Леонор все это время находилась в Толедо. Она надеялась, что теперь, когда Альфонсо сорвал на ней свою ярость в той ужасной стычке, теперь, когда все его помыслы заняты войной, воспоминание о еврейке потускнеет. Правда, он избегал откровенных бесед с женой и не выходил за рамки холодной учтивости, однако Леонор была уверена, что ей удастся снова заполучить его в свою власть, надо только проявить терпение. Но сейчас, когда неприятель осадил Толедо, она не могла больше ждать. Здесь она лишняя обуза, зато ее присутствие в Бургосе необходимо.
В глубине душе она все-таки надеялась, что Альфонсо попросит ее остаться. Она явилась к нему. Она приложила всю свою недюжинную волю, все усилия к тому, чтобы выглядеть молодой и красивой. Она знала, вся ее дальнейшая жизнь зависит от исхода этой встречи.
