Так, дышим глубже. Что говорит недавно установленное приложение для медитации? «Я принимаю неопределенность, я принимаю вызов…» Бакстер повторил мантру несколько раз в надежде, что она сработает.
А потом призвал на помощь весь свой природный шарм и набрал номер Джона Фрика. Раздался голос автоответчика. Понятно, Фрик решил игнорировать его.
– Это Бакстер. Нам нужно внести ясность в вопрос с заявкой. Я сейчас в Испании. Связь работает нестабильно. Напишите мне, когда вам будет удобно поговорить. Я перезвоню.
Потом он связался с другим своим клиентом, который разразился тирадой о том, что Алан – самый бестолковый человек в Гринвилле, а возможно, и в северной части штата. Бакстер сделал все, чтобы защитить друга, но при этом не потерять заказчика. Следующие пять минут пришлось выслушивать крик друга своего приятеля; Бакстеру данный заказ навязали, можно сказать, против его воли. Он хотел строить дома и делать капитальные ремонты. Вешать телевизоры и двери – с этим, пожалуйста, не к нему.
Закончив неприятный разговор, Бакстер наконец позвонил Алану. Тот обрадовался.
– С понедельником, амиго! Я думал, ты на этой неделе работать не будешь. Как там Испания? Уже попробовал бо-ка-дийо и уна кервеза?
Акцент Алана и свойственный южанам тягучий говор, пробуждающий в памяти ароматы жареного цыпленка, листьев капусты и печенья на пахте, вызвал у Бакстера раздражение. Но вида он не подал – знал, что с Аланом надо помягче.
–
Алан рассмеялся.
– Жалко мне тебя, брат. Похоже, бог хочет преподнести тебе урок. Сделай одолжение, сфотографируйся. Я многое отдал бы, чтобы посмотреть, как ты там стоишь.
Бакстер помотал головой и бросил взгляд на соседа, который, откинувшись на спинку стула и скрестив ноги, сидел в тени виноградника.
– Ты еще не видел, как я тут ванну принимал. Знаешь, бывают такие с четырьмя когтистыми лапами.
– А вот от этих подробностей попрошу избавить.
Улыбка пропала с лица Бакстера.
– Ладно. Я оставил Фрику сообщение. Если что станет известно, сразу дай знать.
– Договорились. Мог бы и не предупреждать.
– Как там вообще обстановка?
– Дела не отпускают, да? Все хорошо. Не переживай. Всего лишь день прошел, как ты уехал.
– Бывало, люди лишались всего и за более короткий срок.
– Это не про тебя.
Конечно, Алан знал про Бакстера почти все, но вряд ли представлял, как сильно он боялся остаться без гроша в кармане. Что станет с ним и с Мией? Бакстер не сможет спокойно посмотреть на себя в зеркало, знай он, что миссию свою как отца провалил и нарушил данное себе и Софии обещание.
Эти мысли не покинули его и десять минут спустя, когда он, сидя на груде булыжников, пытался в интернете подыскать жилье. И ведь поиски увенчались успехом. Он нашел двухкомнатную квартиру в двадцати минутах езды от усадьбы. Да и кровати, судя по отзывам, были удобными. Однако нажать кнопку «Зарезервировать» рука так и не поднялась. Бакстер даже ввел данные своей кредитки. А потом представил выражение лица Мии, когда он скомандует ей собирать вещи, потому что они уезжают, и сдался. Это разобьет ей сердце. Сейчас, когда все наконец-то стало налаживаться.
Разговоры о Софии ему уже порядком надоели, и за обедом ситуация накалилась до предела. Эстер потушила мясо с нутом и приготовила изумительно вкусные тефтели с вяленой треской. Настроение у всех было хорошее. Особенно у Мии, которую Бакстер обрадовал тем, что не будет искать другое жилье. Он был доволен и горд собой, что сумел угодить дочери.
Ни с того ни с сего Рудольфо привязался с расспросами, словно нарочно пытаясь вывести Бакстера из себя.
– А правда, что вы на песнях раньше зарабатывали больше, чем на строительстве домов сейчас?
– Угу.
На лице Рудольфо появилось сомнение.
– А что конкретно приносило деньги? Продажи альбомов?
Не понимая Рудольфо, Бакстер не мог избавиться от неприятного чувства беспокойства. Но ответил дружелюбным тоном:
– Да, продажи альбомов. Несколько наших песен попали в хит-парады. Если песни звучат на радио, за это тоже немного платят. Хорошую прибыль приносили выступления на крупных площадках. Ну и писал песни для других исполнителей.
– Для кого, например? Мы их знаем?
Мия бросилась на помощь.
– Его песню пел Брэд… Ну как его, пап?
– Брэд Пейсли. Группа «Раскал Флэтт». Трэвис Тритт. Зак Браун.
– Ничего себе! – Хоть чему-то Рудольфо удивился искренне. – Я слышал о них.
– Нам эти мелодии не очень подошли – оказались простоваты, что ли. – Бакстер испытывал чувство гордости, когда рассказывал о своем музыкальном прошлом. Это при том, что в Гринвилле он вообще избегал подобных разговоров.
Рудольфо посмотрел на Мию.
– Каково тебе быть дочерью известного отца? Наверное, ходила на все его концерты?
Мия кивнула.
