Вальд последовал обоим советам.
Через полчаса с небольшим, отдохнув и даже наскоро пробежавшись глазами по тексту контракта, Вальд услыхал из Трубы:
– На рассвете я беру их в корзину. Мы поднимаемся высоко в небо, и я показываю им весь мир.
Вальд подумал, не присоединиться ли. Потом тяжело вздохнул и набрал номер офисины.
– Они стоят рядом со мной, одетые по-курортному, – продолжал между тем Сид свою мысль, – светленькая в голубых джинсах, негритянка в короткой юбочке. Их захватывают романтические краски восходящего солнца, высота и величие воздушного океана. Грудь светленькой вздымается; она хватает мою руку и говорит: «Пако! ты чувствуешь, как у меня бьется сердце?» С этими словами она прижимает мою руку к своей груди.
– Алла? – спросил Вальд потише, чтоб не мешать товарищу. – Соедини меня с г-ном Х.
– Одну минутку, Вальдемар Эдуардович.
– Грудь негритянки вздымается тоже, и с этими же словами она прижимает к своей груди мою другую руку. Затем они обе, как по команде, поворачиваются ко мне лицом, и мои руки соскальзывают с их грудей на их талии… опускаются ниже… я беру их за задницы, в то время как они нежно поглаживают сквозь ткань шортов мой набухающий член…
– Х. Слушаю вас, Вальдемар Эдуардович.
– Вы получили проект контракта с GNN International?
– О, да.
– Как он вам?
– Они слегка повизгивают, выражая тем самым свое возрастающее желание. Их задницы упруги; кажется, мы можем провести целую вечность, лаская друг друга посреди этой пронзительной голубизны.
– Неплохо; однако, отдельные позиции…
– Какие именно?
– Клаузы третья, пятая и восьмая. Для начала третья; просмотрите, пожалуйста, текст.
– Наконец, мы втроем медленно опускаемся на дно корзины. Мы медленно раздеваемся, но не донага. Мы обнажаем только те части тела, которые ласкали до этого. Светленькая спускает свои джинсы… и я вижу, что под джинсами ничего нет. Кроме самого ее лакомого места, конечно… Светлые волосы между ногами слегка поблескивают; я опускаю свою руку в их пленительную глубину.
– Пробежался глазами.
– Обратите внимание на конец фразы: «…также и все прочие права на интеллектуальную собственность, существенно связанные с Событием, когда бы они ни возникли». Из-за этой формулы мы лишимся возможности, например, продавать права на фильм о полете… даже если этот фильм будет сниматься через десять лет.
– Напрочь лишимся?
– Не совсем; не оговорен верхний предел нашего ценового запроса, так как регламентирован только исчерпывающий список конкретных мероприятий. Улавливаете? Но они могут через суд своей юрисдикции склонить нас к так называемой справедливой рыночной цене.
– Плевать на фильм. Дальше.
– Наступает очередь негритянки. Она задирает свою юбочку, и я вижу, что под ней тоже нет ничего. Кроме… Темные волосы влажно поблескивают. Моя рука забирается в их зовущую глубину.
– Клауза пятая, о расчетах. Вы обратили внимание, что половина контрактной суммы депонируется до вашей посадки в Лас-Вегасе, штат Невада?
– Где? Ах, да. Хм.
– Притом в первой клаузе Событие квалифицируется как
– Они обе закрывают глаза. Я ласкаю самые сокровенные их места и чувствую, как они увлажняются.
– Понял. Придется долететь.
– Хозяин – барин… Тогда последнее: клауза восьмая, перечень реквизитов. Зачем принимать деньги на банковский счет «ВИП-Систем»? С нас же заберут половину налогами… если не больше.
– Г-н Х., это не телефонный разговор.
– Отнюдь, Вальдемар Эдуардович. Речь идет об объектах интеллектуальной собственности, к тому же возникших в экстерриториальном пространстве. Конечно, можно и их обложить налогами, но можно и легально сопротивляться этому, так что разговор вполне телефонный.
– Клитор светленькой набухает первым, я ощущаю его под своими пальцами. Ее губы призывно раскрываются мне навстречу.
– О’кей. Ваши рекомендации?
– Очень простые – раз уж вы летите в Неваду, то купите тамошнюю фирму… через траст, конечно, чтобы ни одна падла в совке за жопу не взяла…
– Клитор негритянки тоже набухает, и она берет в руки мой член.
– Вы можете связаться с таким трастом сейчас же?
– Не совсем сейчас – траст будет карибским…
– Но у меня не предусмотрено остановки на островах.
– Я целую светленькую, в то время как негритянка подводит мой член к своему рту. Он упирается в ее чувственные губы. Ее рот открывается; она засасывает мой член глубоко, глубоко…
