На следующий день Маша вышла на работу. Дети, которых она встречала в павильоне, все до одного радостно кричали: «Мария Васильевна вернулась!» — и бросались обнимать Машу и рассказывать про свои дела. На цветочной клумбе возле игровой площадки своей группы Маша уже установила пугало, и дети трогали его, радостно разглядывали и спрашивали:
— Мария Васильевна, а кто это?
— Это хранитель порядка в нашей группе, — отвечала Маша. — Он следит, чтобы дети не обижали друг друга — и воспитателя, — а также за тем, чтобы вредители не портили растения.
— А как он следит?
— Очень внимательно и неустанно смотрит во все глаза, ведь он привык охранять урожай на полях от птиц, которые хотят его поклевать. А сейчас он поменял место работы. Ведь надо иногда менять что-то в своей жизни!
— Как здорово! А почему у него пальто дырявое?
— А почему в кармане нет носового платка?
— А что он любит есть?
И каждый хотел знать как можно больше об этом чучеле, а Маша радовалась, что детям интересно.
Получив хороший гонорар за рекламу, Маша купила для детей несколько игрушек: специальную массу, похожую на пластилин, с формочками, при помощи которых можно было лепить печенье, один в один напоминающее настоящее, и даже запах у нее был фруктовый; пластмассовый домик-ферму со вторым этажом, грузовым лифтом, стойлами, трактором с прицепом и пластмассовыми животными; большой конструктор-дорогу с дорожными знаками, заправкой и машинами; несколько кукол.
В группе она отдала детям игрушки после завтрака, и дети с восторгом погрузились в игру, а Маша помогала им разбираться с непонятными моментами: как соединять детали конструктора, как пользоваться формочками для искусственного теста, а также следила, чтобы всем хватило игрушек, все были заняты и никто не был обижен. Маша была в этот день рассеянной и невыспавшейся, однако старалась собраться с мыслями и уделить внимание всем.
Подходило время обеда, когда кто-то постучал и на пороге группы возникла мужская фигура, которую краем глаза заметила Маша. «Чей-то папа пришел забрать ребенка до сна», — решила Маша и пошла к двери, попутно поучая детей не забирать друг у друга игрушки, иначе они их быстро поломают и тогда не поиграет уже никто.
Подняв голову, Маша встретилась глазами с Глебом и обомлела.
— Ты? — выдохнула она.
Лиза с темпераментом холерика, которой никогда не сиделось на месте, подбежала к Глебу и протянула только что слепленные два печенья:
— Дядя, угощайся!
— Спасибо, — рассеянно ответил Глеб, автоматически откусил одно печенье и принялся жевать.
Глаза у Лизы округлились от удивления, отчего она стала похожа на сову, — какие-то новые правила игры, о которых она не знает? — а затем ее личико сморщилось, и ребенок заревел, считая игрушку безнадежно испорченной.
— Ой, подожди, выплюни! — заторопилась Маша: вдруг масса токсичная? — Это же искусственное печенье! — И она зашлась в безудержном хохоте, не в силах сдержать себя. Некоторые дети тут же подхватили смех — зачем пропускать веселье?
Когда в группу вошла заведующая, она застала хохочущую Машу, ревущую Лизу, чужого мужчину посреди группы, переступившего порог прямо в обуви, и устроивших настоящий кавардак из новых игрушек детей.
— Пройдите ко мне в кабинет, Мария Васильевна. Галя, присмотрите за детьми и наведите порядок в группе, — кинула она Галине, вошедшей с кастрюлями.
Маша расправила плечи и двинулась вслед за Людмилой Владимировной, весело подмигнув на ходу Глебу.
Вернувшись в город после месяца отдыха, Маша поняла, что не хочет больше той рутины и страха, в которых она находилась так долго. Прочитав в полюбившемся блоге про полезность баланса и способы его нахождения, она решила, что ей необходимо увлечься новым делом. И не просто увлечься, а совершенно отказаться от всего того, что не наполняло ее жизнь минутами радости и удовлетворения. Уйти из детского сада, как только на нее снова начнут давить или унижать ее, при этом покупая ее труд и время так дешево.
— Садись, — кивнула заведующая на стул напротив своего стола. — Я устала от тебя, Маша. Не успела ты выйти из отпуска, как я уже слышу из-за двери твоей группы шум, гам, рев, смех, а войдя, вижу полный беспредел, к тому же ты дошла до крайности: приводишь хахаля в рабочее время и не занимаешься детьми.
Все это заведующая говорила сухим бескомпромиссным тоном, как робот, и Маше казалось, что эта безжизненная женщина уже устала от себя самой. И она еще удивляется, почему у нее постоянно головные боли и букет болезней, никак не связывая это со своим дурным нравом. Людмила Владимировна тем временем продолжала:
— И немедленно убери чучело с детской площадки. Что-то я не видела в разработанных министерством образования планах занятий рекомендаций для подобного рода декораций детской площадки. Чему это учит детей? Что у тебя сегодня в плане? Ты вообще составляла план?
