Что будет, если однажды профессор Снейп пожелает стать самым могущественным магом во Вселенной, а Гермиона Грейнджер - чтобы наконец хоть одно ее желание исполнилось?
========== Часть 1. С которой все и начинается ==========
После войны Хогвартс полностью восстановили. Попечители и Министерство не жалели для школы денег, и вскоре разрушенные башни возвели вновь, в стенах заделали прорехи, а окна украсили новыми витражами, и даже подвесной деревянный мост, соединявший Каменный круг и внутренний двор замка, сложили заново. Длинные шестиметровые плахи привезли из Йоркшира и долго выкладывали их через глубокий, поросший вереском овраг, пока мост не вышел точно таким же, как был прежде — воздушным, скрипучим и невероятно неровным.
Вот только магия вернулась в Хогвартс не полностью.
Иногда Снейпу казалось, что замок просто хандрит, словно где-то в глубине своей израненной каменной души он всё ещё испытывает боль и никак не может оправиться от пережитых потрясений. Лестницы порой забывали, куда направляются, и тоскливо зависали в воздухе на середине пути, портреты уходили в гости и не возвращались целыми неделями, на мраморных перилах неожиданно проступала гниль, а потолок Большого Зала чернел от туч и проливного дождя даже в те дни, когда на улице вовсю светило солнце.
Возможно, Хогвартсу просто нужен был отдых?
Северус Снейп не знал ответа на этот вопрос и отчего-то не стремился его найти. Его самого, подобно замку, охватила хандра, и, залатав в себе раны физические, он, вероятно, так и не смог оправиться от тягот душевных.
Декабрь подходил к концу, близилось Рождество, а природа, словно сговорившись с замком, так и не принесла в его окрестности ни снега, ни ожидаемых холодов, ни праздничного настроения. День выдался слякотным и пасмурным. Занятия шли своим чередом. В котлах поспевало раздувающее зелье, и студенты старательно перемешивали его по часовой стрелке, когда директор неожиданно прислала гонца. Странный посыльный вырвал Снейпа из ставшей уже привычной желчной апатии, впервые за долгое время заставив его искренне удивиться — всё же почту в школе обычно носили совы.
Упитанная серая крыса стремительно запрыгнула на профессорский стол и, противно пища, уселась на классном журнале. На передней лапе виднелся привязанный заклинанием кусочек пергамента. Как представитель семейства кошачьих, Минерва, бесспорно, имела какую-то тайную власть над крысами, и всё же в выборе посланника было нечто крайне омерзительное. Из тысячи возможных вариантов директор выбрала именно этот, и это излишне красноречиво говорило о том, что сегодняшнее настроение директора не сулило Снейпу ничего хорошего.
«Не мог бы ты зайти ко мне, Северус?»
Записка была лаконичной и сухой, и, решив не игнорировать столь странное приглашение, по окончании урока Снейп сразу же поднялся в Директорскую башню. Горгулья смерила его внимательным взглядом и что-то недовольно пробормотала себе под нос, но спорить не решилась — из всех преподавателей Снейп был единственным, кого она по-прежнему впускала в директорский кабинет без пароля.
МакГонагалл сидела за своим рабочим столом, заваленная ворохом бумаг, и что-то быстро и раздражённо писала. В бытность заместителем директора она выполняла за Дамблдора всю бумажную работу, но, заняв его место, почему-то так и не делегировала эту часть своих обязанностей кому-то из преподавателей. Завидев вошедшего зельевара, она отложила перо в сторону и, выдвинув ящик стола, достала из него небольшой свёрток, завернутый в тёмную плотную бумагу.
— Это тебе, — сказала она, кладя свёрток на стол, даже не обменявшись со Снейпом приветствиями.
Директор была явно не в духе.
— Сегодня в одной из колонн моего кабинета неожиданно открылась потайная ниша, о существовании которой я даже не подозревала, и в ней я обнаружила этот свёрток. Не знаю, хотел ли Дамблдор, чтобы ты получил его именно сегодня или так вышло случайно, сейчас сам Мерлин не разберёт. Возможно, ответ найдётся внутри… а возможно, и нет…
Минерва расстроенно пожала плечами и снова взялась за перо.
— Теперь я уже ни в чём не уверена! — добавила она со вздохом. — Порой мне кажется, что всё постепенно налаживается, а потом, в такие дни, как сегодня, всё вдруг разом летит в тартарары. Этим утром совятня просто взяла и перестала выпускать птиц, словно кто-то наложил на неё непреодолимый барьер! Целый час совы в панике метались под потолком, с криками натыкаясь на невидимые стены, солома и перья летели во все стороны, а мы с Флитвиком безуспешно пытались хоть что-то исправить. А потом Филиус неожиданно чихнул, и словно пробку вышибло из бутылки — барьер исчез, а сов вытянуло из совятни хвостами вверх и на добрую сотню ярдов разбросало по округе. Хагрид, наверное, до сих пор осматривает перепуганных птиц, пытаясь привести их в чувство.
Снейп молча забрал со стола свёрток и с показным безразличием засунул его в карман. Жалеть Минерву не было никакого смысла. Его самого замок слушался, быть может, чуть лучше других, но даже с ним порой случались обидные казусы — то Пивз застрянет внутри его классной доски, то стухнет свежая лягушачья икра, но жизнь научила Северуса приспосабливаться.
