— Кристина была красивой, понимаешь? Богатая, блистательная. Я был очарован ею и позволил втянуть себя в её жизнь, полную излишеств и невоздержанности, алкоголя… и не только, — с горечью говорю, сознаваясь в своём не совсем «чистом» прошлом. — Мы были молоды и нам было всё равно, думали только о том, чтобы повеселиться, и ни о чём другом. Банковские счета Кристины были переполнены, а я думал только об учёбе в академии и совершенствовании своего стиля, не более того. Она познакомила меня со многими известными людьми, так что я решил, — это к лучшему. Если однажды открою свой салон, они все придут ко мне, и у меня наконец-то появится имя. Дорога в будущее виделась мне плавным переходом в прекрасный спуск. Пока однажды вечером в пятницу, когда мы пили аперитив на проспекте Независимости, мы не встретили её родителей, которые прогуливались по городу. Они остановились, чтобы поговорить с нами. Кристина в приподнятом настроении представила меня, и я был польщён. Через две недели я уже начал практиковать в недавно открытом салоне её отца. — Я нервно заёрзал на табурете, затем продолжил: — Ты, наверное, в курсе, её отец владеет сетью салонов красоты… В то время вся семья жила в Болонье, потому что отец Кристины открывал новый салон. Во мне он увидел потенциального управляющего салоном. Он сказал, что я очень талантлив и что когда закончу академию, он возьмёт меня на работу.
Сара вскинула бровь.
— Да, — говорю и грустно смотрю на неё. — В то время я думал, — это лучшее, что могло со мной случиться. Теперь я считаю, — это было самое ужасное, потому как именно с этого момента всё изменилось.
Я с болью посмотрела на Филиппо.
В молчании слушала каждое его слово, каждое объяснение. Чем больше Филиппо говорил, тем сильнее я испытывала боль и страх, которые чувствовал он из-за своего признания.
— Продолжай, — пробормотала я; он долго смотрел мне в глаза и глубоко вздохнул.
— После окончания академии я с головой ушёл в работу. Тем временем мы с Кристиной решили жить вместе. И, поскольку её родители вернулись в Парму, мы воспользовались их квартирой. Но, как понимаешь, я больше не мог успевать за её темпом… Я очень рано вставал и весь день концентрировался на работе; домой возвращался поздно вечером. А она продолжала посещать клуб Мануэля и его круг друзей из элиты. Возвращалась домой в неурочные часы. В наши нечастые встречи мы постоянно ссорились, и я устал от этой ситуации. После нескольких месяцев такой жизни я стал подозревать, что у Кристины есть ещё кто-то, и во мне укрепилась решимость разорвать отношения. Но когда заявил ей об этом, разразился ад.
— Она не хотела, чтобы ты её бросил?
