Ах! Сколько вопросов роилось у меня в голове! Я хотела их все задать и получить ответы, но Нида, как ошпаренная вылетела из-за ширмы в коридор, провожая взглядом второй лот. Стандартные слова королевы эхом отдавались от стен, но я не слышала их смысла. Разглядывала раковину со всех сторон и едва сдержалась, чтобы не прислонить ее к уху. А тем временем объявили второй лот. Я так и не уловила, чем закончились торги первого. Плевать! Сейчас меня больше волновала странная вещица и не менее странные слова сирены. Я старалась включить здравый смысл и связать события воедино. Ясно было одно! Нида имела какую-то связь с коллекционером. А вот какую? На ум сразу пришли оргии, которые устраивали сирены. Что если они не просто пользовались нагами но и… Нет! Они любили и уважали только свой вид, презирая змеев. Ненависть к нагам у них в крови! Это я знала точно! Сирены ведь не испорченные!
Я прикусила язык, поймав себя на мысли, которая давно не давала покоя. А что если магия королевы…
В третий раз раздались фанфары, и я тут же забыла обо всем. Подруга появилась в коридоре, тщательно поправляя складки платья. Она не видела ничего вокруг и шла вперед за своим тьютором. Я понимала ее волнение. Самой совсем скоро предстояло оказаться на ее месте. Провожала взглядом хрупкий стан подруги и молила метаморфов о том, чтобы ее выкупил один из пленников. Мне хотелось верить в то, что им удалось сбежать. Хотелось, как никогда! Наша судьба в их руках! Вот и все, что нужно знать о торгах. Остальное бренно.
— Лот номер три! Нежнее существа не сыскать во всей Ульме, — вещала королева. — Олицетворение легкости и грации! Ей едва исполнилось семнадцать. Начальная цена всего семьсот черных цитринов!
Я замерла, стараясь понять, что происходит снаружи. Никаких посторонних звуков. Полная тишина. Вдруг заиграла спокойная мелодия. Похоже, В15 танцевала. Потом раздался голос Лионы:
— Кто даст больше? О! Тысяча сто! Раз! Тысяча двести! Раз! Два! Ну же! Не стесняемся, господа! — пауза затянулась. — Три! — объявила королева. — Продано!
Так быстро, что я не успела настроить себя на аукцион и так и не вспомнила песню, которую старательно заучивала каждый день. Нида взяла меня за руку и вывела в коридор. Я пыталась что-то ей сказать, но слова скомкались в горле от волнения. Я не чувствовала ног. Они стали свинцовыми, почти не подъемными. Я путалась в ярко-красной ткани своего одеяния, продвигаясь вперед мелкими шажками. Нида потянула меня за собой сильным рывком, и я едва не упала, заспотыкалась, но смогла выпрямиться.
— Четвертая, прекрати переживать. Это лучшее, что могло с тобой случиться. Просто иди за мной, — проговорила она с придыханием.
И я пошла, словно по алой нити на пеане. Так было проще. Никогда раньше не получалось отключить мысли, а сейчас это стало моим спасением. Я зажмурилась, а потом резко открыла глаза и сделала уверенные шаги навстречу камню. Он принял меня в свои объятия так просто и нежно, что Нида с легкостью отпустила мою руку, отправляя в путь через поток воды.
Оказавшись в гуще аукциона, я жадно изучала обстановку. По правую сторону от меня расположились каменистые пьедесталы с нагами. Мужчины были окутаны желтыми мантиями с капюшонами, скрывающими их лица, а черные маски вообще не давали понять, с кем предстоит иметь дело. В руках они держали тканевые плоские палки с номерками. Я взглянула налево и на вершине утеса увидела величественный стан королевы. Мерцающий магический столб доходил до ее подбородка. В него она и начала говорить:
— Лот номер четыре. Невинное воплощение страсти и подводной бури! Венец торгов! Ее голос, словно кличь сирены, заставит колыхнуться струны души! Восемнадцатилетняя красавица морей!
Она говорила это все то время, пока камень подъезжал к центру изумрудной заводи. Остановился над водой и шум стих. Я чувствовала взгляды мужчин, ощущала их кожей и ждала мелодию, пытаясь вспомнить слова песни.
Время шло, а музыка не появлялась, будто магия королевы снова дала сбой. Я понимала, что нужно что-то делать. Наги засуетились, начиная высказывать недовольство, а Лиона водила руками над столбом. Я так и не вспомнила слова песни, которую разучивала, зато в памяти всплыл куплет пеана, который мы с В15 придумали вместе пару лет назад ради потехи.
— Необъяснимо. Невероятно. Мы появились в обществе сирен. И так же зыбко и упрямо на нас был совершен обмен. Кто лучший в этой жизни? Кто правит Элсисом во век? Водой ты только брызни, и вновь начнется вечный бег…
Я пела без страха, выливая из себя то, что скрывала столько лет. В этой песне я не восхваляла сирен, а сетовала на жуткую жизнь оши в королевстве Ульма. Музыка так и не сопроводила мое пение, а когда я закончила, воцарилась такая тишина, которой я никогда не слышала. Даже водопад замер под магией королевы. Я видела ее растерянный взгляд, но она вовремя взяла себя в руки и объявила:
— Начальная цена лота — тысяча черных цитринов. Кто даст больше?
