Но не бизнес привел меня в начале нового года в Германию. Поэтому, оставив все разногласия и недовольства в небе, я благополучно приземлился в аэропорту Гамбурга. Этот город встретил меня не очень радушно. За окном самолета стояла серая дождливая погода, а капитан корабля после посадки объявил о несчастных двух градусах тепла за бортом. Ужасная, мерзкая погода, от которой вечно хочется спать… Но после спуска по трапу это желание вмиг растворилось. Дождь, чьи капли с неимоверной силой ударяли в лицо из-за порывов ветра, стал значительно сильнее. В считанные секунды мое пальто приобрело непотребную форму – превратилось в некое подобие половой тряпки, которую забыли выжать перед применением, а шикарные лакированные туфли промокли, как только я ступил на асфальт, угодив в лужу. Все это состояние подкреплялось отсутствием автомобиля, который был заказан заранее, но почему-то не явился в назначенное время.
Промокший до нитки, я не спеша и аккуратно зашагал к терминалу, испытывая неприятные ощущения от прикосновения одежды к телу. Я прилетел один, так как у Алекса были важные дела, касаемые моего бизнеса (и отчасти его тоже), что создавало некие неудобства, так как обо всем договаривался он. Зайдя в терминал и быстро пройдя контроль, я расположился сбоку от стоек получения багажа и достал телефон. Неудивительно, что, находясь во внутреннем кармане пальто, он, так же как и все остальное, был мокрым. Протереть его не было возможности, ничего сухого у меня не оказалось. Мокрой рукой я набрал номер, который дал мне Алекс. Гудки в трубке были отчетливо слышны, но поднимать ее, по-видимому, никто не собирался.
Не на шутку разозлившись, я положил телефон в карман и зашагал в сторону сотрудника службы охраны. Он стоял возле входа, пристально осматривая все происходящее вокруг. Подойдя почти вплотную, я уточнил, понимает ли он английский язык, на что он небрежно приподнял одну бровь и непонимающе замотал головой. «Идеальнее сюжет не придумаешь», – подумал я и снова достал телефон. В нем был установлен переводчик для разных случаев жизни, и я им периодически пользовался в чужих странах, где знание английского и немного французского не помогали. Набрав текст, я перевел его на немецкий и дал телефон охраннику. Он тупил в него с полминуты, хотя я написал всего одно предложение с просьбой помочь найти англоговорящего сотрудника. Затем он дернулся и поднял указательный палец вверх, издав непонятный звук вроде «Ейиах!» (может, это было что-то вроде: «Эврика!»?), небрежно схватил меня под руку и повел вглубь аэропорта. Напоследок я вновь посмотрел на улицу в надежде увидеть свою трансферную машину. Ее не было.
Мы дошли до какого-то закоулка и, завернув в него, остановились перед единственной дверью. Жестом охранник показал, чтобы я оставался на месте, а сам, стукнув один раз, вошел в нее. Его не было порядка пяти минут, и вся эта ситуация меня сильно раздражала. Конечно, я могу уйти, поймать такси и благополучно уехать, но не факт, что таксист с легкостью поймет меня, да и организационные вопросы хотелось решить сразу, не откладывая на потом, в надежде, что все само прояснится. Дверь приоткрылась и довольная рожица все того же охранника позвала меня внутрь.
Это был небольшой кабинет с одним столом и двумя стульями, похожий на приемную, а слева от меня находилась еще одна дверь. Девушка, сидевшая за столом, что-то буркнула по-немецки и указала на дверь. Я вошел в нее. Второй кабинет был не намного, но все-таки больше. Невысокий мужчина в дешевом костюме и очках стоял в углу у шкафа. Он что-то искал или перебирал в нем.
– Проходите, – скомандовал он.
Я сделал два шага и остановился:
– Здравствуйте. Мне нужна помощь. Мой автомобиль почему-то не прибыл, и я хотел выяснить, что случилось, а еще хотел бы уточнить…
Я не закончил, но очкарик перебил меня, сказав что-то по-немецки. А затем перешел на английский:
– Да, конечно, мы вам поможем, – саркастически бросил он.
– Хотелось бы в это верить, – зло произнес я.
Мужчина подошел к двери и открыл ее со словами:
– Подождите меня. Я скоро вернусь.
Прошло минут двадцать с того времени, как он вышел, но, судя по всему, это был не предел. У меня завибрировал телефон. Звонили с номера, на который я не смог дозвониться. Голос в телефоне долго извинялся, просил о прощении, а в конце сказал, что уже ждет меня у входа в аэропорт. Я поднялся, вышел из кабинета и, не говоря ни слова, покинул приемную.
Именно так – долго, мокро и обидно – началось мое знакомство с Гамбургом. Первым, кто бросилось в глаза при выходе из терминала, был молодой парень, рьяно размахивающий руками возле представительского авто черного цвета марки «Мерседес». Я неспешно, собрав всю волю в кулак, чтобы не наброситься на парнишку, направился к нему.
– Здравствуйте, мистер Радецкий, – часто дыша, прощебетал он.
– Здравствуйте, а вы…
– Я ваш водитель и гид на все время пребывания в Гамбурге. Меня зовут Абелард, – он замолчал, уставившись на меня в ожидании чего-то.
– Ну хорошо. Только мое пребывание будет недолгим здесь.
