Я слушал эти слова из песни и ужасался тому, в какой слепоте мы жили. И как хорошо, что к власти пришел Горбачев, потому что в нашей стране появилась возможность безнаказанно слушать таких поэтов, как Вячеслав Бутусов. Я любил поспорить с братом на разные темы и в большинстве случаев не поддерживал его мнение, но в том случае согласился, что эта песня «Наутилуса» могла бы быть на самом деле Гимном СССР, так как отражала жизнь большей части советского общества.
После летней экзаменационной сессии по окончании второго курса у нас отчислили половину студентов группы. В основном под сокращение попали спортсмены, которые пропустили много занятий из-за соревнований и тренировочных сборов. Мы уже с Иваном начали мечтать, что нашу малочисленную группу могут объединить с группой художественной гимнастики, где мы, конечно, позажигаем от души. Однако осенью неожиданно в нашу группу включили человек десять казахов. Причем они даже по-русски плохо понимали, хотя все предметы преподавались исключительно на русском языке. И спортсменами этих казахов нельзя было назвать, потому что многие из них, как выяснилось на дальнейших занятиях, на большой стадион впервые в жизни попали лишь когда начали учиться в нашем вузе. Новые наши одногруппники исправно приходили на все семинары и лекции, сидели на занятиях, опустив головы, чтобы, не дай бог, их не спросили преподаватели. В общем, главной задачей этих студентов было получение за дисциплинированность и посещаемость диплома об окончании высшего учебного заведения. В народе шептались, что приемные комиссии от вузов выезжают в районные центры, где принимают в студенты молодежь из кишлаков. Если это было политической задачей правительства республики, то, с одной стороны, его, конечно же, можно было понять – оно, видимо, полагало, что таким образом будет готовить специалистов для села, которые, отучившись в столице, вернутся домой и поднимут экономику села. Но не тут-то было. Сельские ребята, окончив институт, назад в аулы не возвращались. Городская жизнь в кирпичных домах с центральной канализацией намного комфортнее, чем жизнь в юртах, бараках или колхозных домах. Подобные молодые специалисты почти все оставались в городах, при этом имели на руках диплом без знаний, потому что и школьную-то программу они как положено не изучали, не говоря уже о вузовской. В институте на них преподаватели, как правило, закрывали глаза. В результате не только сельская молодежь оканчивала вузы и вместе с дипломом получала плохие знания, но и страдало образование сильных городских ребят, которые начинали намного хуже учиться в такой вузовской среде, потому что базовой школьной подготовки им было вполне достаточно, чтобы выглядеть достойно на уровне сельчан. Даже некоторые городские казахи, получившие хорошее столичное школьное образование, были обеспокоены такой несправедливостью и увеличением в институтах количества представителей сельского коренного населения.
