Одним из самых значимых подарков от любимой за время нашего знакомства было то, что она научила меня курить. Точнее, конечно, не научила, а несколько раз попросила составить компанию ей в кафе и покурить вместе с ней. Я восхищался тогда любыми ее движениями, в том числе тем, как она держала длинными худыми пальцами сигарету, как брала ее аристократическими розовыми губками, как выдыхала дым, как с улыбкой смотрела на меня расширенными зрачками, которых было почти не видно на фоне темно-карих радужных оболочек ее глаз.
Так потихоньку-помаленьку я приобщился годам к двадцати шести к куреву и быстро вышел на употребление двадцати сигарет в день. Для меня стало привычкой вставать утром и выкуривать первую сигарету на голодный желудок, стоя на балконе. Потом покурить сигаретку после завтрака, после обеда и ужина, после каждого стакана кофе, которого я пил в Питере очень много. Вскоре сигарету я курил уже в любую свободную минуту и без этой соски не находил себе места, когда нужно было что-нибудь обдумать. И удивлялся тем людям, которые курили мало, говоря, что им не хочется курить. Например, удивлял меня Женька, когда я приглашал его пойти перекурить, а он отвечал, что не хочет.
«Как так не хотеть курить, если куришь? – не понимал я его. – Есть же свободная минутка, нужно обсудить кое-что, и лучше постоять и покурить сигарету, чем просто дышать свежим воздухом».
Понятно, что от такой заразы у меня уже к обеду голова была тяжелой, умственная и физическая работоспособность резко снижались, и уже не хотелось, как раньше, бегать, прыгать или поднимать тяжести, а хотелось только стоять с этой сигаретой на балконе и о чем-нибудь рассуждать, философствовать, мечтать.
Такое физическое состояние мне не нравилось, я еще хорошо помнил уровень своей работоспособности до того, как курил, и чувствовал, как теряю тонус с каждым прокуренным месяцем. Наконец где-то через год после начала курения я решил избавиться от этой вредной привычки.
К процессу бросания я сначала подошел с научной точки зрения. Рассуждал так: «Организм на данный момент привык к пачке сигарет в сутки, другими словами, к никотину от двадцати сигарет в сутки. Надо постепенно, без шоковой терапии приучить потихоньку организм сначала к меньшей дозе никотина, затем свести дозу поэтапно к минимуму и потом легко отказаться от одной-двух сигарет в сутки».
Продумано – сделано. Делай шаг вперед. Чтобы ускорить процесс отвыкания, я сразу же перешел на полпачки, то есть на 10 сигарет в сутки. При этом по договору с совестью я не имел права использовать сигареты авансом из будущего, а также нельзя было брать сигареты из прошлого, которые остались из-за тех немногочисленных моментов, когда в результате похмельного синдрома мне целый день не хотелось курить. Таким образом, по договору со своей совестью мне можно было выкурить только 10 сигарет в сутки – с одной минуты первого ночи до 24.00.
Так вот, начал я с использования 10 сигарет в сутки, через неделю перешел на 9, еще через неделю на 8, далее – на 7, на 6, дошел до 5 сигарет в сутки и почувствовал, как «задыхаюсь от кислорода». Работоспособность возросла, аппетит улучшился, мысли стали более ясными, но и появилось сильное желание курить больше положенной дозы – пяти сигарет явно было недостаточно. Я решил, что последние действия по еженедельному отказу от одной сигареты все-таки подходят для шоковой терапии, которая в чубайсовской экономике привела к… ну, все знают, к чему она привела.
Итак, я решил увеличить промежуток между сокращением дозы. Другими словами, я начал в дальнейшем сокращать количество выкуренных сигарет на одну единицу не каждую неделю, а каждый месяц. Через месяц курил четыре сигареты в сутки, потом еще через месяц – три, потом две, потом одну сигарету и… И бросить эту последнюю сигарету никак не мог. Я ею наслаждался. А может быть, просто я имею склонности к мазохизму. Иначе как объяснить ситуацию, когда, несмотря на то что после дежурства сильно хотел спать, все равно ждал начала новых суток и в одну минуту первого ночи выходил на балкон и с наслаждением выкуривал одну сигарету, положенную мне по договору с совестью, и только затем ложился спать полностью счастливым. А весь следующий день ходил, мучился, гнал время, чтобы быстрее наступила ночь и пришла эта восхитительная первая минута новых суток с сигаретой во рту.
Так с одной сигаретой в сутки я продержался еще три или четыре месяца, но потом в связи с какой-то проблемой и глубокими переживаниями сорвался и снова начал курить, быстро выйдя на стабильную для себя пачку сигарет в день.
