Провалившись в спутанные мысли, я опомнился только когда звук шагов изменился. Мы больше не шли по земле. Мы шли по камню.
Уютная гостиная растворилась как мираж, вместо нее – стены крепости. Перед нами опускался деревянный мост через ров. Он притащил меня обратно! Человек, такой же, как и я, оказался предателем! Нельзя было доверять незнакомцу в чужом мире!
Я попытался вырваться, но он крепко держал, пока из замка выбегали ящеры. Какой же я дурак!
– Дурак! – шипели ящеры, обступая меня, – Еще какой дурак!
Я вырывался, но ящеры окружили. Их холодные липкие пальцы хватали меня, впивались острыми когтями. Они хрипло смеялись и ликующе улюлюкали. Кто-то кричал… Гипнотизируемый желтыми глазами со зрачками-щелочками, я не сразу осознал, что пронзительный крик раздается из моего рта.
– Да успокойся уже! Все хорошо! – твердил предатель, не выпуская мою руку, – Это все не настоящее! Ты в плену иллюзий!
– Пусти! – бешено орал я, пытаясь высвободиться.
– Пфф! Как пожелаешь! – и он швырнул меня на деревянный мост.
В ту же секунду все, кроме нас двоих, замерли. Злобные ящеры неподвижно стояли в агрессивных позах, и даже не моргали.
– Я позволил себе вмешаться в этот бардак, не возражаешь? – сказал незнакомец.
– Что это было?!!
Человек махнул рукой и боль улетучилась. На моем теле не осталось ни единой раны! Даже грязи не осталось! Неожиданно со мной все в полном порядке, если не считать крайнюю степень испуга…
Пока я нелепо лежал посреди моста, незнакомец ухмылялся, задумчиво поглаживая бороду. Затем его взор скользнул по очерненным рукам, и ухмылка потухла. Он перевел взгляд на застывших ящеров, подошел к одному из них, заглянул прямо в желтый глаз.
– Вполне симпатичные зверушки, чего ты так орал? – спросил он, наградив макушку ящера звонкой оплеухой.
Я никак не мог прийти в себя, трясясь в опасениях, что хладнокровные твари снова оживут.
– Не понимаю… Ничего не понимаю! – выпалил я, поднявшись на ноги.
– Ну я же уже несколько раз сказал – ты угодил в плен иллюзий!
Одет он был скорее по моде ушедших веков: темная рубашка и жилетка с бронзовыми пуговицами; такие же темные штаны и туфли с металлическими пряжками. Поверх накинут зеленый расшитый золотой нитью кафтан, придававший его образу некоторую безуминку. Глядя на него, стало ясно, что в мире духов внешний облик – дело личного предпочтения. Выглядеть здесь можно как душе угодно.
В этот момент из леса выбежал черный доберман и подбежал к нам, довольно виляя хвостом.
– Твой пес? – спросил я.
– Мой друг, – ответил незнакомец, – В здешних лесах обитают опасные твари. Мы с Шухом охотимся на некоторых из них, а после продаем добычу. Тебе повезло, что Шух учуял скопление даргов.
– Кого?
– Это такие крошечные вредители. Они гнездятся в густых лесах и поджидают случайных путников, желательно одиночек. Но теперь весь их рой здесь, – он показал небольшую металлическую коробочку, – Нападая на людей, дарги вынуждают нас материализовывать страхи, чтобы питаться испугом, который мы выделяем. Их нельзя держать в обычной клетке. Видишь эти символы? Они защищают от влияния даргов.
Он повесил коробочку на шею.
– Ты полон страхов, поэтому тебя атаковали. Справедливо сказать, что этот зоопарк наколдовал ты сам. И кровоточивые раны, и врагов, и вот этот уродливый замок, – он махнул на каменное сооружение и покривил носом, – Бездарный из тебя архитектор, к слову.
Хорошо, что он не говорил со мной телепатически. Это привнесло бы дополнительную сумятицу в хаос моих мыслей и помешало бы беседе.
Немного успокоившись, я взорвался новыми вопросами:
– Почему из ран сочилась кровь? Почему вода заполняла воображаемые легкие? Почему черви прогрызали несуществующую плоть?
– Сам как думаешь?
– Ну… Я все еще отождествляю себя с жителем материального мира. Наверное, поэтому.
– Вот именно. Здесь всем управляют мысли. Если ты их не умеешь контролировать, мыслеформы вырываются и разрастаются под попустительством фантазии! А тут еще и дарги нарисовались. Ты сегодня их накормил до отвала, настоящий пир устроил.
– Странно, ведь я никогда не блистал фантазией, – буркнул я, представив, каким выглядел дураком.
– Однако ее хватило, чтобы соткать эту фантомную жуткую сказку.
– А вдруг и ты – фантазия? Саркастичная и долгоиграющая. Откуда мне знать?
– Саркастичная, долгоиграющая и дружелюбная, – поправил он, улыбнувшись.
Я стоял на деревянном мосту и смотрел на склизкую воду рва, на уродливый замок, на злобных рептилий. Точное отражение моей внутренней сути. Никакой красоты. Все обнажилось и приобрело форму, смешавшись в безобразный коктейль.
Андрас говорил, что большинство людей, умирая, попадают в свои сны и не могут проснуться. Таков был мой сон. Полный боли, отчаянья, страха, предательства. То, что я в действительности заслуживал. Но этот человек разбудил меня.
– Иларем, – представился он, как будто подслушав мои мысли.
А я своего имени не знаю. То имя, которым назывался в материальном мире, никогда моим и не было.
– Тебе подошло бы «Его Вреднейшество», – засиял Иларем.
Очень смешно.
