– Кстати о ловушках, – выпалил Иларем, – У тебя на хвосте сидел паразит. При моем появлении он скрылся, но, скорее всего, вернется. Я это сообщаю не для того, чтобы ты стал параноиком и боялся всех подряд, у тебя итак с этим проблемы. Но факт есть факт – для кого-то ты очень лакомый кусочек.
Еще одна неприятность. Или все же не стоит ему верить? Что, если это снова тот самый трюк с внушением страхов? Хотя, идея о подосланном паразите не казалась сейчас глупой и беспочвенной, ведь я уже привлек на себя излишнее внимание архантов.
– Обычно все бывает проще. Ты успел здесь что-то попросить?
– Когда бы я это сделал? Я сразу угодил в собственные ожившие кошмары!
– Подумай, – настаивал Иларем.
Его упрямство дико раздражало. Неужели нельзя просто провести вводный инструктаж, снабдить какой-нибудь защитной фигней и оставить в покое?
– Злиться не советую, ты слишком слаб для такой роскоши. Дашь выход гневу – растеряешь те крупицы энергии, которые успел насобирать. Любая оплошность – это риск оказаться в менее благополучных местах. Понимаю, будучи в материальном теле, ты испытывал множество негативных эмоций, и это было совершенно нормально. Перед тобой стояла задача осознать, почему возникла та или иная эмоция, для чего она была нужна. Но в мире духов все иначе. Это не тот случай, когда нужно быть тем, кто ты есть. Здесь необходимо быть ЛУЧШЕ. Поэтому не думай о том, какой я негодяй, думай о том, где и когда ты успел попросить о помощи.
– Никого я ни о чем не просил! – сказал я как можно спокойнее.
Новость о том, что отныне меня будет преследовать какой-то пакостник, которому я задолжал, совсем не радовала.
Но Иларем не сдавался:
– Это могла быть совершенно пустяковая случайная просьба, брошенная не осмысленно, не адресованная кому-то конкретному!
Я стал воскрешать в памяти недавно пережитые события. И ведь точно! Мучаясь от жажды, я действительно выкрикнул в небо просьбу о помощи, после которой выросло странное растение!
– Вот! – Иларем хлопнул в ладоши, – Сам того не сознавая, ты совершил сделку с первым, кто твою просьбу услышал. И это оказалась не самая миролюбивая сущность, хотя и не самая сильная. В следующий раз ты должен быть внимательным к тому, что и как просишь, а главное – у кого!
– И что паразиту нужно?
– Твою просьбу он выполнил. Однажды настанет момент, когда он потребует исполнить свою. И что это будет за просьба – мы знать не можем.
– А если он попросит что-то слишком ценное? Я буду обязан это дать только потому, что когда-то выпил немного сока? Не слишком справедливо получается!
– Ну, ты же не обговаривал условия сделки. Не упоминал о том, что готов за этот сок предложить. Стало быть, требовать он имеет право все, что заблагорассудится. Хотя, думаю, это будет что-то равноценное, поскольку в Эйдоре любые перекосы энергии могут выйти боком.
– А если я откажусь?
– Тогда остается уповать на то, что за этим милым малышом не стоят мощные покровители, которые готовы уничтожить всякого, кто заберет у него конфетку, ничем не поделившись. А если конфетка у него нашлась, следовательно, кто-то ее дал, верно?
Я кивнул, ощущая себя самым беззащитным, самым уязвимым созданием во Вселенной. От Иларема же исходила уверенность и сила, с которой лучше не соревноваться. Наверняка ему не страшны никакие паразиты.
– В моем намерении их нет, поэтому мне они обычно не встречаются. Но даже если я появлюсь там, где соберутся полчища паразитов, они не навредят мне. В Эйдоре только сила мысли определяет положение каждого из нас. Не проворность, не мускулы, не острота закаленного клинка и не меткость выстрела. Малейший трепет обязательно привлечет внимание тех, кто этим питается. А я паразитов не боюсь, слабые они.
– Ты совсем никого не боишься? – восхищенно спросил я.
– Слушай, да всякое бывало, конечно. Арханты – довольно неприятные ребята и среди них бывают очень мощные духи, уж поверь. Встретишь такого и чувствуешь, как он тебя прощупывает, выявляет слабости твои и страхи. Если выявит – начнет давить, а если прогнешься – будет с тебя энергию выкачивать, пока не сожрет.
– Получается, и здесь можно погибнуть?
В беседку вошел Шух с палкой в зубах. Он положил голову на колени Иларема и заскулил.
– Смерти в буквальном смысле не существует, – Иларем взял палку и бросил ее на приличное расстояние. Шух довольно помчался за ней, – Энергия не появляется ниоткуда и не уходит безвозвратно. Каждый когда-либо живший человек записан в хрониках Эйдора. Этот слой называется Эстис. Если отправиться в прошлое на встречу с давно умершим человеком, в хрониках он будет все еще жив, но больше сделанного уже не сделает и судьбу свою уже не перекроит.
– Значит, в хрониках люди бесконечно переживают одну и ту же жизнь, в точности ее повторяя раз за разом?
– Вроде того. Я не особо все это понимаю.
Шух вернул палку, требуя повторить игру. На этот раз палку бросил я, и пес снова удрал за трофеем.
