Что-то было не так в ее внешности… На ее лице играла приветливая улыбка, но глаза оставались грустными. Это вызывало странное ощущение поддельности эмоций, хотя я был уверен в ее искренности.
Когда я жил в материальном мире, многое приходилось скрывать, но в Эйдоре ты обнажен перед любым встречным духом. Каждый, при желании, сможет узнать о тебе правду и даже не придется спрашивать тебя самого. Один взгляд – и твоя суть раскрыта.
По началу чувствуешь себя уязвимым, голым, присутствует некое стеснение. Потому что ты привык стыдиться, привык быть осужден за что-то, что выходит за рамки общепринятого. Но потом ты понимаешь, что остальные точно так же открыты и никто ничего не скрывает. И чужие мысли, которые ты улавливаешь, настолько тебе знакомы, настолько понятны, что ты видишь перед собой вот этого человека, видишь его душу как собственную в зеркальном отражении, и в следующее мгновение вы уже улыбаетесь друг другу.
То, что вы могли бы скрыть там, в материальном мире, то, чем побоялись бы поделиться, здесь стало именно тем, что вас роднит. И в каждом человеке улавливается что-то общее.
Поэтому ложь в Эйдоре сродни тяжелой болезни, оскверняющей разум. Здесь ее практически невозможно скрыть. Иларем даже говорил, что в попытке обмануть духа можно жестоко поплатиться, вот почему важно принять себя без прикрас.
А от этой девушки никакой фальши не исходило.
– Решил тут кое-что подправить, – ответил я.
Признаться, ее появлению я не обрадовался. Знаю, без человеческого общества я становился одичалым, но к людям по-прежнему не тянуло. Мне нравилось быть одному.
– Кто ты?
Девушка пригладила развивающиеся волосы, пытаясь прочесть в моих глазах ускользающие мысли, которые я старательно прятал.
– Ответ на такой простой вопрос всегда зависит от того, кто его задает. Но тебе я бы просто назвала свое имя, – и она грустно прибавила, – Если бы его помнила.
Наверное, она, как и я, оставила Асперос совсем недавно.
Девушка неуверенно подошла на шажок ближе, рассматривая мои руки.
– Почему они черные?
– Это вечное напоминание о прошлых ошибках.
– Вечное? – усомнилась она, – Но это не может быть навсегда!
Ее самоуверенный тон поднял во мне волну возмущения. Травила ли она себя снотворным до остановки сердца? Бывала ли в подземельях Рохаса, шла ли наперекор архантам? Уверен, таких заслуг у нее нет. Сомневаюсь, что ее, точно так же как меня, преследуют кошмары и демонические голоса.
– Как много ты об этом знаешь? – спросил ее я.
– Нет ничего вечного. Каждое явление, однажды начавшись, обретает завершение.
– А ты не допускаешь, что возможно, нет ничего конечного?! Ничто не исчезает бесследно и не уходит в пустоту?
Она не решилась возразить. Мой нрав снова одержал победу над желанием стать добрее к людям. Глядя на девушку, я понимал, что напугал ее. Наверное, стоит как-то сгладить неприятную ситуацию…
– «Какой же он красивый» – внезапно донеслось до меня.
Отлично. Я услышал, о чем она подумала. Вот так, значит, духи слышат мысли новичков – против собственного желания. Фразу как будто произнесли вслух, причем громко и отчетливо. Хотелось провалиться под землю от столь неловкой ситуации.
Я лихорадочно соображал, как завершить этот диалог и ничем себя не выдать. Не хотелось ее расстраивать – она казалась довольно милой, но наше знакомство ни к чему не приведет. Если я буду с ней приветлив, она зацепится за это и начнет проявлять еще большую заинтересованность. Захочет подружиться, узнать поближе, влюбится и будет мечтать о взаимности, но в конечном счете я причиню ей лишь боль и горячую обиду. Как всегда и случалось.
– Почему ты постоянно один? – спросила она.
Я опешил.
ПОСТОЯННО один?
То есть, она следила за мной? Что-то мне это все не нравится!
Она замялась, сообразив, что сболтнула лишнего.
– Мне ждать объяснений?! – я впился в девушку взглядом.
– Лучше сам себе объясни, зачем ты привязался к этому месту, – осмелела она, – Тебе принадлежит весь Эйдор со всеми его далекими и близкими мирами, а ты застрял в этой гниющей хижине.
– Это вообще не твое дело!
Внезапно рядом с нами проявилась еще одна фигура.
– Привет, – Иларем помахал нам рукой, – Не помешаю?
Девушка еще больше смутилась и исчезла столь же внезапно, как появилась. Иларем выглядел растерянным.
– Ты не помешал! Как раз вовремя! – я облегченно выдохнул.
– А ты времени зря не терял, – подмигнул приятель.
– Не имею представления, кто она.
– Да я не об этом, – он указал на груду строительного хлама, – Ты смог развалить собственный дом и приобрел эти симпатичные развалины. Не перестаешь удивлять утонченным вкусом.
Мы весело переглянулись.
– А сам чем занимался?
– Каждой поклоннице необходимо внимание, они без него впадают в ярость и крушат города, – отшутился тот, – А если серьезно – такие изменения не каждому новичку под силу. У тебя здорово выходит управлять энергией.
– Я себя больше не ощущаю новичком, – это было чистой правдой, – Вот только измениться не выходит. Только что я нагрубил этой девушке.
– Почему?
