Здания стоят на высоком берегу Гудзона, используя рельеф местности — лобби (вестибюль), где вход и консьержи, расположены на семнадцатом этаже, на уровне бульвара Кеннеди, а бассейны (зимний, олимпийского размера, под стеклянным куполом и чуть поменьше наружный летний) находятся прямо внизу, почти на уровне реки, чуть над проезжей дорогой вдоль Гудзона и тоже с видом на небоскребы Манхэттена на противоположной стороне реки.
Три башни соединены между собой только основанием из шестнадцати этажей парковки автомашин. Наверху, на выходе из башен, небольшой молл — торговый центр с ресторанами, кафе, кинотеатром, аптекой, магазинчиками. Есть даже винный магазин. И даже свой мини-парк с выходом из всех трех башен на 20-м этаже, откуда открывается фантастический вид на реку Гудзон и почти весь Манхэттен.
Абсолютно всё, что надо для жизни. Галактика, одним словом.
Вернусь к русской требовательности: однажды я стала чувствовать запах табака из холла около двери нашей квартиры.
Я вышла посмотреть и, открыв соседнюю дверь, ведущую к внутренней лестнице здания, увидела сидящего на ступеньках курящего мужчину. Я выразила недовольство и покритиковала комплекс, порядки, какие-то мелочи… Так, побрюзжала, как бы капризно намекая на недостаточно комфортный уровень проживания. Мужчина слушал молча, опустив глаза, и вдруг стрельнул на меня недобрым взглядом и произнес вежливо и тихо: «Милая дама, миллионы американцев мечтали бы жить в таком доме, но никогда не будут!» Я чуть не провалилась от стыда, вниз по лестнице.
Это чистая реальная правда!
Немного о страшной дате 11 сентября 2001 года, когда два самолета врезались в башни-близнецы в даунтауне Манхэттена.
Я уже жила тогда на берегу Гудзона, на стороне штата Нью-Джерси (уже с новым, пятым мужем-американцем) в высотном доме с потрясающим видом на весь Манхэттен. И на весь даунтаун с высокими зданиями Всемирного торгового центра в башнях, называемых «Близнецами».
Около девяти часов утра муж разбудил меня и поведал, что в одну башню врезался самолет. Я вскинулась — война? Он успокоил меня — нет-нет, это несчастный случай!
Надо сказать, что он работал на соседней улице, рядом со Всемирным торговым центром, в небоскребе Чейз Манхэттен Банка и в этот день, к счастью, остался дома, поджидая спеца по компьютерам, чтобы устранить непорядки (он остаток дня и часть ночи после работы тоже проводил у компьютера).
Муж выглядел встревоженным; я подошла к окну (в нашем уникальном с точки зрения архитектуры доме нет простенков в квартирах — просто окна от стены до стены и до потолка) и увидела самолет, летящий со стороны Бруклина прямо в направлении «Близнецов».
Медленно летит, подумала я, и очень низко. Ага, это помощь летит к «Близнецам», атакованным первым самолетом, который увидел в окно муж. Какая помощь, одернула я себя! Уолл-стрит такая узкая улочка, и здания там так густо стоят без промежутков, а самолет выглядел, как пассажирский. Большой.
В голове эти мысли промелькнули за секунду-две — на моих глазах самолет скрылся за башней на уровне середины высотного здания. Я не успела понять, что происходит, и увидела, как огромный красный шар взрыва выскочил из-за здания!
Я стояла, открыв рот от ужаса и непонимания ситуации, муж и вовсе зажмурился.
А дальше было еще страшнее. Мы смотрели, как обе башни медленно оседали вниз в облаке пыли, не наклоняясь — просто усаживались на землю. Муж плакал. Если бы он был там рядом, я бы его больше не увидела: он бы всех пропускал вперед и там бы остался…
В нашем доме с потрясающим обзором на весь Манхэттен у многих стояли стационарные бинокли или подзорные трубы, и соседи видели, как из окон «Близнецов» люди прыгали вниз, в бездну — смерть или спасение. Это было нестерпимо страшно.
Помню, я позвонила на работу, друзьям, дочери в Москву. Все не принимали всерьез масштаб трагедии и говорили, что вечером увидят в новостях. Одна мне сказала: «Я видела это кино!» и не могла врубиться, что я смотрю в окно, а не на экран…
Горе опустилось на страну. Все вокруг плакали.
Не могу не поделиться страшным наблюдением: рядом с нашими домами располагался красивый парк с озером и лебедями; из парка видны небоскребы Мидтауна и Даунтауна Манхэттена. Я там ходила ежедневно вокруг озера — занималась физкультурой.
И на следующий день, придя туда, со слезами в глазах смотрела на дырку от небоскребов Всемирного торгового центра.
А рядом куча людей (нет другого слова) в хиджабах и мешках радостно пела и плясала, празднуя свою победу над Америкой.
Когда миллионы плакали, а тысячи погибли.
Но жизнь продолжалась везде, несмотря ни на что!
