Приятным сюрпризом было для меня присутствие молодежи: студентов, школьников, в гостях у которых побывали немцы. Там, где молодежь, там энергия, молодой задор: абсолютно непринужденное общение, откровенность, смелость мысли и много смеха, шуток. Всем предложили по бокалу шампанского в честь встречи, и тостам не было конца: за встречу, дружбу, надежды на будущее, пожелания здоровья ветеранам, благодарности за организацию встречи с обеих сторон. Инициатива общения оказалась в руках молодых. Норманн в кругу девушек дает высокую оценку встрече с ветеранами, их тревоге за будущее людей, призвал молодых принять от них, как эстафету, стремление добиваться мирной жизни без войн и насилия. Он удивлялся встрече с молодежью в России, среди которой он чувствовал себя как дома. От своих сверстников, студентов здесь он получил мощный заряд необходимости общения немецких и российских студентов. Были вопросы, ответы: молодежь кипела, и мне казалось, больше всего было радости, восторгов и надежд, нормальных надежд на будущее.
Членам делегации от администрации города были вручены подарки-сувениры в память о посещении Екатеринбурга. Расставались друзьями, обменивались адресами… Мне это казалось уже обычной, привычной картиной. Я был счастлив.
Снова в моей голове возникает, вырисовывается замкнутый круг на примере госпиталя: власть и коллектив, ветераны. Власть в лице Спектора и Башкова, один прислуживает областной власти, другой — Спектору, и каждый это делает в своих личных интересах, предавая интересы коллектива: долг и возможность медперсонала помогать ветеранам войны, изъяв из рук гуманитарную помощь, медикаменты, которые спасали ветеранов от преждевременной смерти и продляли им жизнь.
О чем я откровенно говорил с людьми из медперсонала госпиталя, моими старыми друзьями, со всеми, кто хорошо знали меня, как пациента и как человека, связанного своей судьбой с госпиталем со дня его организации. Они меня понимали, соглашались, но могли только сожалеть о случившемся. Я тоже понимал: они зависимы и беспомощны перед Спектором и Башковым. Жить-то надо!
Насколько сравнение, как цепочка, тянется дальше: власть Екатеринбурга принимает немецких ветеранов, организует встречи, конференции с участием широкой общественности, а власть области, мало того, что шарахается от встреч с членами делегации, еще и принуждает свои структуры избегать встреч с немецкими ветеранами, как в свое время заставила Спектора отказаться от гуманитарной помощи госпиталю ветеранов. Получается: у власти возникают иногда противоречия, но побеждает та власть, у которой больше власти, не говоря о правах. Все просто в нашей жизни, которая идет по воле власти! Жалка роль в этой жизни в конечном итоге тех, кто до поры до времени в личных интересах кормился подачками, что кидала со своего стола власть.
Я благодарен администрации города, благодарен своим ветеранам за приглашение немецкой делегации, немецких ветеранов, старых солдат, за встречи с общественностью города. Мы сидели за одним столом и, образно выражаясь, хлебали из одной общей чашки, расхлебывали все, что накопилось между нами за полувековую историю. В конце жизни мы оказались побратимами прошлой войны, она породнила нас. Мы в один голос обращаемся к людям: не допустите повторения того ужаса, через который прошли мы, избавляйтесь от оружия, которым мы убивали друг друга, ищите дорогу дружбы в будущее без войн, насилия и страдания людей. Наше слово оставляем и молодым, будущему поколению: мирную жизнь для себя можете создать только вы, своим умом, волей и борьбой против власти решать свои проблемы с помощью оружия. Будьте бдительны!
В конце декабря 2007 года я получил от доктора Михаэля фон Берга копию письма от 18 сентября того года из управления регистрации и архивных фондов Федеральной службы безопасности Российской Федерации, где сообщается, что его дед — «Колесников Кенсорин Дмитриевич, 1876 года рождения, уроженец Серебрянской волости Кунгурского уезда Пермской губернии (Уральской области). Главный металлург московского управления английской концессии «Лена Голдфилдс», проживал по адресу: Москва, Арбат, Старо-Конюшенный переулок, д. 32. Был арестован 16 декабря 1929 года. По приговору Уголовно-судебной коллегии Верховного Суда СССР от 8 мая 1930 года по статье 58, пункты 6 и 7 УК РСФСР (занимался шпионской деятельностью, направленной на срыв производства цветных металлов в СССР) был осужден к 6 годам лишения свободы и поражением прав на 5 лет.
Заключением Главной военной прокуратуры от 13 июля 1998 года Колесников К.Д. признан не подлежащим реабилитации».
