На биологии, моём последнем уроке в расписании понедельника, миссис Стрит устроила мне допрос с пристрастием, но не по поводу почти всех отсутствовавших знакомых, а по теме урока — неполном доминировании генов цветной окраски «ночной красавицы», которая вместо белой или красной часто распускалась розовой. Мне не потребовалось много времени, чтобы собраться с мыслями и на «отлично» ответить на все вопросы, однако после того, как я села на место, я долго не могла унять дрожь в коленках. Почему-то каждый раз, когда мне приходилось говорить перед большим количеством людей, на меня нападала жуткая слабость в сочетании с нервозностью. Вот и сейчас ситуация не стала исключением.
— Не знал, что ты так хороша в биологии, — улыбнулся Питер и подмигнул мне в знак поддержки.
Утренний разговор на политологии не то чтобы сблизил нас, но определённо помог разобраться в нашем поведении. Теперь ни я, ни Кроссман не пытались избегать друг друга. Наоборот, мы много времени провели вместе, болтая о всякой чепухе и не забывая присматриваться к окружающим. Я в последний раз напомнила Питеру, что не собираюсь терпеть слухи о своей распущенности и тяге встречаться с двумя парнями одновременно, поэтому наше общение должно сводиться исключительно к словам. Никаких прикосновений!
— Факультативы, олимпиады, занятия в колледже, курсы в Гильдии, — ответила я так, словно рассказывала о чём-то обычном. Хотя, по сути, всё так и было. Для меня и моей нетипичной жизни в двух мирах.
— Курсы биологии или первой помощи? — спросил Питер, видимо, вспомнив вчерашний вечер и мои действия, когда я помогала Джерри. Пусть вампир и просидел всё самое важное на кухне, но вида аккуратной повязки и похвалы врачей в больнице оказалось достаточно, чтобы он сделал далеко идущие выводы относительно моих медицинских способностей.
— Первой помощи. И ты не забыл, кто я по своей будущей профессии? А в Гильдии нас когда-то погоняли знатно! Особенно на полевых испытаниях…
Тут я прикусила язык и приняла самый легкомысленный вид из всех возможных в своём театральном арсенале. О прошлом во время обучения ремеслу охотника я старалась не распространяться, о нём не знала даже Кристал, которая часто выступала для меня в качестве личной утешительной жилетки. А тут я взяла и проболталась… И кому? Вампиру!
— Полевые испытания? Так они и правда ещё проводятся? А я думал, от них отказались из-за риска потерять молодых охотников…
— Откуда ты вообще о них знаешь? Это закрытая информация! — спросила я сердитым шёпотом, а затем открыла учебник и поставила его на парту так, чтобы обложка закрывала низ моего лица от соседей и миссис Стрит. Теперь я как бы слушала о наследовании болезней.
— Не одна ты имеешь много друзей, — пожал плечами Питер и скопировал мою тактику со своим учебником. — Мне говорили, что на этих испытаниях вас отправляют на особый полигон, а потом ждут, кто дойдёт до выхода и тем самым победит остальных. Его награждают званием охотника и позволяют присоединиться к боевой группе. Собственно, это всё, что я знаю.
— Хм… Интересно, какая сорока тебе проболталась? За такое преступление её обязаны исключить из Гильдии.
— Так и произошло. Ты встречалась с ней, когда ездила с Нэнси по делам.
— Хозяйка магазина, в котором я нашла книгу Старриджа? — вспомнила я давнюю поездку с вампиршей и более запомнившуюся находку.
К сожалению, в голове не задержался образ бывшей охотницы. Я помнила только то, что она постоянно щёлкала пальцами и много раз кивала, когда с чем-то соглашалась.
— Вижу, с твоей памятью всё в порядке! — сказал Питер одобрительно. — Да, она самая.
— И что ещё ты знаешь?
— Откровение за откровение, Эстер. Сейчас ты должна рассказывать, — покачал головой Кроссман, и я почувствовала, что сама себя загнала в тупик. Зачем я вообще так разоткровенничалась на политологии, если знала о последствиях?
Что ж, теперь наступила моя очередь переживать тяжёлый конфликт с собственными убеждениями. Раз уж я захотела узнать что-то новое о вампирах, мне не пристало упускать такую шикарную возможность разведать обстановку. Но всё же было странно снова приоткрывать дверцу в тех воспоминаниях, которые я поклялась никогда не трогать.
— Хорошо. Что именно тебя интересует? Мне нужна наводка, дальше я сама соображу. Но потом ты ответишь на все мои вопросы без утайки!
— Без проблем, — кивнул Питер и задал вопрос, который меня не удивил, но заставил задуматься, а не проболталась ли бывшая охотница ещё о каком-нибудь секрете Гильдии? — Это правда, что на полевых испытаниях главы Гильдии с помощниками стравливают молодых охотников с монстрами и запрещают наблюдателям вмешиваться? Даже если что-то идёт не по плану?
— Правда. Жаклин с заместителями не раз проводила испытания и каждый раз новичкам было очень сложно, — кивнула я и тут же встала на защиту начальницы: — Тем не менее, при ней всё было мирно и спокойно, никто не пострадал, если не считать сломанные носы, рёбра, руки и ноги.
