В 1969 году на Всесоюзном симпозиуме молодых учёных и специалистов сельского хозяйства за результаты научно-исследовательской работы и лучший доклад я был отмечен дипломом, подписанным доктором экономических наук, заместителем министра сельского хозяйства СССР Владимиром Воробьёвым, президентом Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук им. В. И. Ленина Павлом Лобановым и секретарём ЦК ВЛКСМ Ириной Куценко (это было очередное мероприятие из разряда «наука для науки», отнюдь не рассчитанное на практическую пользу для процесса подготовки животноводческих кадров и, тем паче, для производителей молока). В том же году на учёном совете Ленинградского ветеринарного института под руководством доктора ветеринарных наук, профессора, заслуженного деятеля науки РСФСР Петра Евдокимова я защитил диссертацию на тему «Применение прозерина в послеродовом периоде коров». Её материалы и сегодня остаются актуальными для производственников, занимающихся молочным скотоводством, а также преподавателей высших и средних специальных учебных заведений животноводческого профиля.
Впрочем, позволю себе предположить, что эти исследования имеют отнюдь не «узкопрофильное» значение. Я не располагаю точными данными о том, сколько в России бездетных семей, но уверен – их число огромно! В Саратовской области, к примеру, каждая пятая семья из-за бесплодия лишена возможности иметь детей. На одни роды регистрируется по три прерывания беременности, чуть ли не треть родов проводится путём кесарева сечения. Таковы «предпосылки» к улучшению демографической ситуации в стране. Введение эмбрионов – на мой взгляд, весьма сомнительное предприятие, не совместимое с религиозными убеждениями соотечественников, противоречащее нашей ментальности; кроме того, оно и небезопасно из-за возможных скрытых патологий в человеческом организме и генетических «изъянов» донора. А если бы акушеры с учёными степенями и без таковых взяли на вооружение мою идею фармакопрофилактики, выполняемой путём подкожных или внутримышечных введений маточно-активных препаратов сразу же после выведения плода, аборта или кесарева сечения, то бесплодных россиянок – уверен в этом! – стало бы в разы меньше.
Беседский совхоз-техникум находится на границе Волосовского и Кингисеппского районов, где в пору моей работы там преобладали хозяйства молочного направления; тем не менее, наука не была так востребована практикой, как того можно было бы ожидать. В одно и то же время в стенах этого учебного заведения собралось три кандидата наук; ещё одна из преподавателей сдала кандидатские минимумы и была готова работать по теме. Однако десятирублёвая прибавка к окладу «остепенённых» специалистов, согласитесь, не была достаточным стимулом для «наведения мостов» между наукой и практикой. Сложное это дело, необходимое, но – увы! – неблагодарное…
Высшие учебные заведения считаются научными центрами, вместо педагогических советов там существуют советы учёные, и в свою среду их члены предпочитают допускать не педагогов-профессионалов (это вторично, порой и вовсе не обязательно), а обладателей «корочек» кандидатов, ещё лучше – докторов наук. На научных конференциях, как правило, немного бывает сообщений, касающихся подготовки молодых специалистов, в основном звучат самоотчёты по своей специализации. Как не всякий художник – портретист, так далеко не все преподаватели способны зажечь огонь познания в своих студентах.
Итак, рекомендации докторов ветеринарных наук, профессоров Александра Веллера, Бориса Башкирова (в ту пору уже ректора Ленинградского ветеринарного института) и Ильи Родина, заведующего кафедрой Московской ветеринарной академии им. К. И. Скрябина, привели меня из Ленинградской области на должность старшего преподавателя Саратовского зоотехническоветеринарного института. Через год после этого был избран доцентом кафедры акушерства, гинекологии и искусственного осеменения сельхозживотных этого вуза. При всём при том со мною происходили странные вещи: мне было запрещено пользоваться реактивами и лабораторной посудой, тормозились публикации, под разными предлогами преследовались дипломники и студенты, выполнявшие исследовательскую работу, студенты курируемой мною группы. Из служебного стола пропали записки исследований по учхозу «Степное» (вместе с ним нашими базовыми хозяйствами были ГППЗ «Красный Кут», ОПХ «Энгельсское» и совхоз «Пигаревский» Саратовской области). Кто-то распустил слух, что я готовлю докторскую диссертацию на кафедре микробиологии.
