— Я помешала, значит? Вы б сказали, я подождала бы на кухне, не стала бы мешать.
— Ничего страшного. Заеду к ней на работу завтра.
— А мне кажется, — сказала Настя, помолчав, — она не по служебной надобности приходила. С бутылкой, тем более.
— Глазастая какая. Тебя бы к ней в ведомство, бандитов на чистую воду выводить.
— Нет, бандитов я не смогла бы. Неудобно получилось, да?
— Да ерунда, Насть. Ничего страшного.
Она помотала головой, не соглашаясь со мной.
— Я ведь хотела рассказать про того… ну…
— Ты ничего не должна рассказывать.
— Ну, нет, должна конечно. Я про «Солнечный»…
— Я понял, — кивнул я, встал и протянул руку к радиорепродуктору. — Чего это мы в тишине, да?
Обсуждать подробности её сердечных дел мне не хотелось. Если честно, хотелось просто упасть в постель и закрыть глаза. Радио бодро начало рапортовать:
…
— Интересно, зачем столько провожающих? — кивнул я Насте. — Боятся, что навсегда расстаются? И Горбатый там же трётся. Для чего такая толпа, не знаешь? Вместо того, чтобы работать по аэродромам шляются. Бухнут, икоркой закусят и по местам.
— Он в политехе работает.
— Кто? Горбатый?
— Нет, Юра. Ну, который в ресторане…
— А почему днём, не совсем понятно? Странная романтика какая-то.
— Так мне же на смену надо было вечером, вот днём и пошли.
— Должно быть неотложный вопрос был, — усмехнулся я и повторил. — Слушай, Насть, ты ведь не должна ничего мне рассказывать.
— Мы на дне рождения познакомились у моей подружки. Она с его братом двоюродным крутит.
— Крутит?
— Ну, да, любовь крутит.
— Понятно.
— Так-то он вроде симпатичный… Кандидат наук…
— Придётся тебе тоже защититься, — подмигнул я. — А то замордует он тебя с высоты научной своей степени.
— Ага, — засмеялась она. — Кандидат швейных наук, да? Поди не замордует. Интеллигентный вроде… Стихи читал.
— Бродского?
— Агнию Барто… Откуда я знаю, кого он читал. Про любовь что-то нераздельную. Нескладно было. Может, сам сочинил…
Она насупилась.
— Насть, ты что, моего совета хочешь спросить? Или одобрение тебе моё нужно? Я в этих делах не слишком разбираюсь. Нравится он тебе?
Она вздохнула и ничего не ответила. Отвернулась, посидела, демонстрируя мне свой профиль, напоминающий камелию, а потом встала и начала наливать чай по чашкам. Грузинский, байховый, что бы это ни значило.
Под короткую справку об уровне отношений между Союзом и Францией мы попили чаю с мятными пряниками.
— Насть, слушай… — я потёр переносицу. — Ты хорошая девушка. Красивая, надёжная, умная…
— Да какая там умная…
— Не перебивай. Умная и традиционная. Тебе нужен тот, кто уверенно на ногах стоит и знает, чего от жизни хочет.
— Тракторист что ли?
— Профессия не имеет значения. Может, и тракторист. А может, директор театра.
— Ага, кукольного…
— Хоть какого, Насть, какая разница. Главное, что не я.
Она сразу чуть заметно поникла плечами.
— Да, я и не претендовала, Александр Петрович. Только, по дружбе скажу, Ирина Артуровна старовата для вас. Вы мужчина видный…
— Настя, я пока жениться не планирую. У меня есть дело, которое мне нужно сделать.
— Масло масляное.
— Да, сделать дело. А дело это может затянуться. Или меня затянуть. Или ещё что-то там, понимаешь? Хочешь постоянно в таком шухере жить, как вчера?
— Так вы ж не будете так всё время?
— Наверное, — пожал я плечами. — Наверное. А тебе нужно жизненную программу выполнять, правильно я понимаю?
— Ну, если честно, время-то идёт. Я уже не девочка… В смысле… не молодуха. Только про женитьбу вашу… Элла же хотела…
Всё-то ты знаешь. Хотела, да. Да я не особо хотел.
— Насть, после сытного обеда по закону Архимеда знаешь, что надо делать?
— Спать хотите? А прибрать всё это?
— Ну, не буду же я тебя эксплуатировать. Радько приберёт, я даже не знаю, что у него тут где лежало. Это хозяин хаты.
— Поняла, да. Я тогда в общагу пойду?
Она поднялась и бодро начала убирать со стола.
