Не дав ответить, я свернул за разлапистый куст акации, навалившийся на дощатый забор монтажного управления. Управление представляло собой одноэтажное бетонное здание с окнами, забранными решётками с расходящимися лучами прутьями.
— Э! — тихонько отреагировал Сирота, но я не ответил и пошёл прямо к зданию, стаявшему чуть в углублении.
На крыльце стояло несколько человек явно технических специальностей. Они активно обменивались мнениями. Во дворе хлопали двери машин, выезжали уазики, было оживлённо. На нас никто не обращал внимания. Мы подобрались, теперь стараясь выглядеть не как отдыхающие, а как ответственные работники строительной отрасли.
— Ты чё творишь… — прошипел сквозь зубы Сирота, когда мы, пройдя через территорию, оказались у низкого покосившегося флигеля с белыми стенами.
— Не измажься, тут извёстка, кажется, — махнул я головой, протискиваясь в щель между флигелем и забором.
— Спалимся! — горячо прошептал он.
— Вряд ли, — ответил я, задев и размазав плечом чёрную паутину по стене. — Кому мы нужны с тобой… Так, тихо, замолкни.
— Че-е-го… — недовольно протянул он, но тут же действительно замолк и налетел на меня сзади.
— Осторожней… — пробормотал я, аккуратно раздвигая листья небольшого дерева, растущего с другой стороны забора.
В открывшийся прогал было хорошо видно дом Беллы.
— Ну? — прошептал я. — Видишь?
Сирота молча протиснулся и встал рядом. Он жадно рассматривал сооружение, открывшееся нашим взорам. Это была задняя часть дома.
— Неплохо, — наконец прошептал он. — Собаки вроде нет…
— Угу, — согласился я. — Вроде…
С этой стороны участок Железной Беллы был густо засажен кустами и деревьями, создавая тень и прохладу. Тем не менее, с точки, в которой оказались мы, открывался неплохой вид на заднюю часть дома. Ветки с нашей стороны были довольно редкими и давали возможность хорошенько всё рассмотреть.
— Бляха… — помотал головой Сирота. — Руку протяни и дотронешься, да?
Он помотал головой и всей пятернёй почесал правую скулу.
— Угу, — повторил я.
— Смотри, — не поворачиваясь, ткнул он меня локтем. — Окно что ли открыто?
За дальним слева окошком колыхнулась белая тюлевая штора. Рама, движимая сквозняком, приоткрылась, позволяя надувшейся материи выглянуть в окно.
— Может быть, кто-то есть дома.
— Муж?
— Нет, — отозвался я. — Она не замужем.
— Ну надо же. Может, за меня выйдет?
— А Люба как же? — хмыкнул я.
— Она и не узнает.
Сирота повернулся и, глядя на меня, ухмыльнулся.
— Блин… — вдруг округлил он глаза, будто внезапно испугался.
— Что?
— Шляпу ветром унесло…
— Ты чего?
Я посмотрел на его дурацкую шляпу, сдвинутую на затылок, как у дембеля. Не давая мне возможности остановить его, он резко сорвал шляпу с головы и, придерживая одной рукой ветки, швырнул её во двор Беллы. Прямо в сторону дома.
Лёгкая соломенная шляпа совершила полёт по причудливой ломаной траектории и приземлилась рядом со стеной.
— Вот облом, в натуре… — довольно натурально посетовал Сирота. — Шляпу ветром сдуло… И чё теперь делать? Непруха.
— Нет! — успел воскликнуть я, как он положил руку на забор и в момент ока подскочил, перемахивая через плотно сбитые доски. Неосмотрительно, дерзко и как бы спонтанно.
— Надо забрать своё имущество. Пособишь?
— Хорошему человеку почему не пособить… — поморщился я. — Но давай без безумств, пожалуйста, лезь обратно. Мы не знаем, кто дома, есть ли охрана, есть ли собака, в конце концов и…
— Собаки походу нет… — успел проговорить Сирота, перебивая меня, как из-за угла вылетело косматое чудище.
Безмолвно, без лишних звуков, рычания и лая оно бросилось на Сироту. Почувствуй себя гладиатором. Псина была молчаливой и быстрой. Явно, встреча с ней ничего хорошего не обещала. Реагировать надо было моментально, но, ёлки-палки, времени на это не было.
Зверь был быстр и неотвратим. Я успел рассмотреть его ледяные глаза и огромные жёлтые клыки. Такая тварь руку перекусит так, что перелом будет, как у Семён Семёныча не закрытый, а открытый.
В груди заклокотало. Мгновенно мной овладели тревога и азарт. Удивительно, как в минуты опасности обостряются чувства… Это, несомненно были первобытные, дикие инстинкты, переданные из рода в род…
Резервы организма безграничны. Говорят. Возможно, Сирота, спасая свою жизнь, смог бы свернуть шею чудищу, но со стороны всё выглядело так, что именно чудище должно было одержать верх, разодрать его на куски, размотать кишки и всё такое прочее…
Раз… и до Сироты осталось не больше пары метров, два… и в его руке… какого хрена! В руке моего подельника Сироты блеснул вороная грань «Макарова». Нет! Этого только не хватало! Не вздумай, Сирота! Не вздумай стрелять, идиот!
Кричать всё это было некогда, да, скорее всего, и бесполезно. Было очень похоже, что мы вляпались по самые уши. Шляпа, блин, у него улетела! Ладно… В любом случае, руки оказались быстрее. Глаза боятся, короче, а руки делают.
