— Это я поняла, — перебила я девушку, не дав ей договорить, — но что за "истинные пары драконов" ты упомянула?
— Совсем неразумное дитя! — восхитился Фенрал.
— И не говори! — вторила ему Сейра. — Пока нежные девичьи сердца трепещут при мысли об этом, а полки книжных магазинов регулярно пополняются романтическими историями о страсти, что бушует между крылатыми и их избранницами, Мира ворвалась, охомутала одного из них и сама не осознала, что произошло.
— Эээээ… — только и смогла произнести я, с недоверием смотря на эту парочку, что отвечала мне мягким снисходительным взглядом.
— Ну, наконец-то, — устало закатила глаза Сейра, — последняя участница. Скоро распрощаемся с этими скучными снобами.
Император тем временем поблагодарил с совершенно ничего не выражающей вежливой улыбкой поимённо каждую участницу. Сами девушки расцветали и с надеждой смотрели на него, когда он обращался к ним.
— Да начнётся бал, — желая избежать дальнейшей неловкости, произнёс мужчина, а девушки заметно приуныли.
— Снимай заклинание, — лениво шепнул Фенрал.
— А ты танцевать вообще умеешь? — вовремя спохватилась Сейра.
— Доводилось, — деловито ответила я, вспоминая с теплотой нашу с Альбертом подготовку к сегодняшнему вечеру.
Я до сих пор не имела ни малейшего представления, как должна звучать сама мелодия, восхваляющая память о богине Стейсии, ведь мы танцевали в абсолютной тишине.
Мне представлялось что-то слезливое, если даже не тоскливое, но когда я поделилась своими предположениями с ним, он выразительно-насмешливо покосился на меня и со смехом заверил, что этот сюрприз мне придётся по душе и я точно пойму, почему именно мы с Сейрой должны открывать танцы.
Стоило мне снять заклинание невидимости, как оценивающий взгляд всех присутствующих в зале устремился в нашу сторону. Стало даже как-то неловко от такого повышенного внимания, но я попыталась скрыть свои чувства, гордо вскинув голову и постаравшись принять идеальную осанку балерины. Уроки Глаза остались в моей памяти надолго.
Тем больше стало всеобщее удивление, когда Альберт появился рядом с нами и пригласил меня на танец.
— Интерес и пристальное разглядывание я ещё понимаю, не каждый день главнокомандующие совершают такие неправильные, нелогичные поступки и решают поучаствовать в танцах. Об этом ты меня предупреждал. Но почему все хранители сверлят меня взглядом, они-то должны были быть в курсе, да? — спросила я негромко, вкладывая руку ему в ладонь мужчины, на чьих губах промелькнула улыбка от подобного вопроса.
— До сих пор под впечатлением находятся, — поделился он, расслабленно ведя меня в центр зала.
— Впечатлением от чего?
— От размаха, с которым ты отмечала своё первое задание, — иронично усмехнулся он, а его ладонь скользнула мне на талию. — Ни один из нас не смог противиться твоему жёсткому прик… кхм… твоей милой просьбе.
Я скосила украдкой взгляд на драконов.
— Они меня, что, боятся что ли? — простодушно уточнила я, распахнув глаза от удивления, что столь могущественные хищники могли чувствовать себя жертвенными ягнятами рядом со мной.
— Скорее с годами разучились удивляться. Им просто непривычно испытывать благоговейный трепет. Правильнее всего будет дать им время привыкнуть.
Не успела я уточнить, отчего я вызывала у них этот самый трепет, как раздались первые звуки мелодии.
Это была совершенно не та музыка, которую я ожидала услышать. Живая, пламенная, боевая. Непередаваемое сочетание, под которое удары сердца перехлестнулись с ритмом барабанов. Внутри словно натянулась тугая струна. Сердце сжалось, а дыхание перехватило.
Альберт поймал мой взгляд, обаятельно улыбнулся, притянул к себе, а я завороженно подалась ему навстречу. Одна рука легла мне на талию, другая подхватила ладонь, и мы заскользили в танце. Вёл он настолько легко и чётко, что я моментально расслабилась, закрыв глаза, наслаждаясь движениями и сливаясь с музыкой.
Ещё один шаг… Поворот…
И вдруг зал потонул в сильном женском вокале, что раздался внезапно и отовсюду. Альберт на мгновение сжал мою руку чуть сильнее, и мы, поддавшись звучанию завораживающего голоса, закружились в танце ещё быстрее.
Прислушалась к словам песни. Не она ли стала объяснением того, что именно мы открывали бал?
…Шрамы словно метки бесконечных поражений, Долог путь к победе через тысячи сомнений.
…
Я едва дышу, но меч тяжёлый поднимаю Против чёрной армии грехов.
…
Даже если остались от брони лишь лохмотья. Даже если я не в силах различить добро и зло. Осознаю однажды, что умерла Память о былом в моём усталом сердце…*
Мимо промелькнули Сейра и Фенрал, но их словно и не существовало в этот момент, как, впрочем, и всех остальных. Была лишь песня. Альберт. И наш головокружительный танец.
