— Если ещё хоть один покойник начнёт подавать жалобы императору на условия проживания, а то и прошения с целью покинуть кладбище… — после четвёртого раза у Альберта задёргался глаз, а меня умилило, насколько зомби в действительности оказались организованными и вежливыми.
…
В общем, после пятого раза в моё дело внесли пометку, из-за которой мне не выдавались задания, если в радиусе одного километра находились места массовых захоронений.
Такое решение возмутило уже Зигфрида, который мечтал провести любопытный эксперимент. Он даже присмотрел подходящее заброшенное кладбище, на котором нашли последнее пристанище те, кто был казнён во времена, когда в Империи существовал обычай их сжигать, вешать или четвертовать сообразно совершённым преступлениям. Сегодня, кстати, ограничивались изгнанием.
Впрочем, Альберту всё же удалось убедить своего помощника, что эта идея была не самой лучшей, но блеск в глазах первого помощника наводил на определённые мысли.
Что касается занятий с ним, то всё было как обычно — Зигфрид оставался Зигфридом. Он продолжал шокировать меня своим нестандартным поведением и заданиями, но они были более-менее безопасными, особенно по сравнению с тем, что придумала Сейра.
Нет, начиналось всё хорошо. Я бы даже сказала замечательно. На первых тренировках она участливо спрашивала меня о самочувствии после непринуждённой разминки, во время которой мы не переставали болтать. Я чувствовала, что становлюсь лучше, пусть даже и медленно.
А потом однажды я пришла и поняла, что всё изменилось. Сейра казалась нарочито безучастной, а от дружеской обстановки не осталось и следа. В плане урока я с ужасом обнаружила бег от оползня, прыжки в высоту под струями водопада и отжимания на кончиках пальцев над расщелиной, в которую если плюнуть, то придётся долго ждать, пока слюна приземлится.
Я честно пыталась выполнять упражнения, заливаясь потом и задыхаясь от боли в боку, и могла бы поклясться, что слышала голоса всех своих предков, которые умоляли меня сдаться.
Скуля от того, что тело больше не хотело слушаться, я с ужасом отсчитывала секунды до второго подхода.
А после она добавила полосу препятствий на время. Стоило мне привыкнуть к одной, как начинался новый этап. Декорациями мог выступать город, пещера, лес, лабиринт. Потом были добавлены опасные животные, характерные той или иной локации.
Вот так потихоньку дни сменяли друг друга, и я совсем позабыла об одном событии, о котором мне говорили в первые дни моего пребывания в этом мире.
Однажды вечером Альберт плавно шагнул мне навстречу и, не сводя с меня хитрого взгляда, поинтересовался, хочу ли я познакомиться с выпускницами Академии Невест.
То, что происходило в залах дворца до начала бала, посвящённому выпуску невест из Академии, вызывало у меня симптомы кожной чесотки и зуда на зубах.
Милое щебетание девушек в разноцветных платьях напоминало с первого взгляда весёлую стайку миленьких пташек, но на деле это были хищные коршуны, кружащие среди гостей и высматривающие добычу посолиднее, и как только они находили подходящую кандидатуру, то налетали на неё со всех сторон.
Пока я радовалась удачно наложенному заклинанию невидимости и рассматривала публику, обнаружила, что к месту, где я стояла, через весь зал направлялся неизвестный мне невысокий мужчина с залысинами. Видеть он меня не должен был, но шёл чётко, целенаправленно и не обращая внимания на остальных. Остановился мужчина лишь рядом со мной, а мне оставалось лишь улыбнуться, догадываясь, кто мог скрываться под столь неприметной внешностью.
— А ты был невысокого обо мне мнения в начале нашего общения, — с укором сказала я Альберту.
— Не то, чтобы я был в восторге от этой Академии, но на то были свои причины.
— Почему так выглядишь?
— А то не догадываешься, — он кивнул в сторону какого-то бедолаги, облеплённого таким плотным слоем девушек, что рассмотреть его не представлялось возможным.
— Ты знаешь, если бы сейчас все монстры Бездны обрушились на этот зал, я бы, наверное, даже палец о палец не ударила, чтобы спасти этих девиц. Возможно ещё и была бы на стороне демонов.
Альберт и фамильяр слишком синхронно хмыкнули в ответ.
— Сама-то зачем полог невидимости на себя накинула?
— Прямо на входе заприметила Глаза и Гласа. Они настолько впечатлили меня в прошлый раз, что боялась привлечь их внимание. Пусть лучше другими вдохновляются.
Едва я договорила, как бесконечная восторженная спираль из девушек, вьющаяся вокруг одного несчастного, распалась и с визгом бросилась в разные стороны. Носа достиг запах мертвечины, а ушей злобный потусторонний рык.
— Зигфрид! Я же просил без магии! — прорычал весьма живо, пусть и негромко Альберт, глядя вслед своему помощнику, который прошествовал как ни в чём не бывало в сторону группы каких-то солидно одетых богачей. — Хотя, ты знаешь, пожалуй, я сочту этот инцидент за самооборону.
