— На жертву? — Сноук осматривает его снисходительным взглядом. — Нет худшей гордыни, чем гордыня добровольной жертвы, как нет более тесного сходства, чем сходство между алтарем и пьедесталом, между короной и жертвенным венком. Тебе ли не ведать этого, мой мальчик? Не ты ли явился сюда, под сень моей власти, легко поверив, что избранность и жертвенность — это одно и то же, потому что твоей душе, полной юного тщеславия, хотелось в это верить? Запомни важнейший урок, ученик мой. Истинная жертва — это жертва души. То, о чем знаешь лишь ты один. Это способность отдать самое дорогое, чем ты обладаешь, превозмочь в себе искушение любовью и состраданием, помня об опасности этих чувств. Это умение быть твердым, даже если сердце твое исходит скорбью. Истинно Избранным может называться только тот, кто способен не только миловать но и карать, не гнушаясь запачкать руки. Твой дед хорошо это понимал. Именно чувства привели его к ногам Палпатина. И чувства в конечном счете погубили его, величайшего из воинов Силы. Вейдер не сумел убить сына, но погиб сам — и повлек за собой Империю. Невероятный крах целого мира, целой системы военного, политического и жизненного уклада полетел в бездну — вот она, расплата за слабость. За один проступок пострадали сотни тысяч людей. Вот как было некогда куплено избавление для Люка Скайуокера. Можно ли назвать этот путь путем Света?
От подобного рода рассуждений у юноши голова идет кругом, и в его груди вспыхивает страх. Он боится признаться в том, что нечто, кажущееся после наставлений учителя почти запретным, продолжает тянуть его к земле, не позволяя взлететь к тем блаженным высотам могущества, которые дарует Тьма. Именно то, что Верховный называет «притяжением Света», «нарушением желаемого баланса».
Сноук утверждает, что его ученику требуется больше времени уделять медитации, учиться управлять своими привязанностями, но сам юноша сознает, что это — тоска по оставленному позади. Память играет с ним в свою игру. Его воспоминания о доме отравлены ложью и предательством близких людей — оттого вновь и вновь в его душе вместе с тоской рождается неконтролируемый гнев, который юноша вымещает на подвергнувшихся под руку предметах. Он ненавидит себя за этот изъян — за то, что не способен искоренить в душе любовь к тем, кто поступил с ним столь жестоко. Эта обида принадлежит Бену Соло, однако новый человек пока не способен от нее отделаться.
Сноук не скрывает того, какой отдачи желает получить в ближайшем будущем от своего ученика: когда тот будет готов, когда завершит свое обучение, он должен принести Верховному лидеру меч и голову Люка Скайуокера. Навсегда искоренить заразу джедаев в галактике. Покойный Дарт Сидиус, былой наставник Рэкса, так и не сумел достичь этой цели.
На пятом месяце обучения Верховный лидер сообщает ученику, что тот должен отправиться на Малакор, чтобы быть посвященным в рыцари Первого Ордена, и тот соглашается без дополнительных расспросов.
— Тебе надлежит собрать собственный меч, — напутствует учитель. — Служители храма укажут тебе, где найти кибер-кристалл, достойный твоей мощи.
Юноша покорно склоняет голову. Это — тот самый момент, которого он ожидал с пятнадцати лет. Но сейчас молодой человек вовсе не ощущает радости. Лишь сердце сжимается на миг.
Три дня спустя он прибывает в древний храм ситхов, который ныне занимают адепты ордена Рен*.
Оказывается, рыцари Первого Ордена не терпят, когда их называют так, предпочитая говорить «рыцари Рен». Некогда бывшие обыкновенной сектой, террористической группировкой, возникшей в подвалах и катакомбах Нижнего Коронета; взятые под опеку остатками Империи во главе с Верховным лидером, который допускал некоторую самостоятельность ордена. Со временем они стали мыслить себя отдельной организацией, которая подчиняется Верховному лишь номинально.
Новый ученик быстро осознает истинную цель своего визита — исправить эту ситуацию. Напомнить одаренным выскочкам, кому их орден обязан своим существованием. Он предвидит, что одним только своим появлением растревожит омут, полный чертей.
Рыцари также добровольно отвергают учения джедаев и ситхов, предпочитая постигать Силу иными, им одним известными путями. Впрочем, они не отрекаются от наследия предков до конца; они знают и уважают учения именитейших мастеров обоих орденов — воинов, мудрецов, отшельников, завоевателей. И все же, Темная сторона, как новичок вскоре понимает, оказала на них гораздо большее влияние.
Все рыцари носят черные плащи и шлемы с модификаторами голоса, подобные не то убезийским*, не то мандалорским. Маски наглухо закрывают их лица, искажают голоса, обезличивая своих носителей, превращая каждого из них в абстрактный образец воина. Это мудрое решение. Так враг никогда не увидит твоих истинных чувств, не узнает твоих слабостей.
Юноша спрашивает у магистра храма, когда он получит собственные маску и доспех. И слышит ответ:
— Свою маску каждый в ордене должен заслужить*.
