— Благодарю, — Викрамм говорил ей в такт, столь же холодно и официально. — Меня, впрочем, поразило, сенатор Органа, что вы воздержались от участия в голосовании. А поскольку новый представитель в сенате вами так и не был выбран, мы остаемся в неведении относительно официальной позиции сектора Альдераан. В частности, по поводу заявлений, что были сделаны мною вчера.
— Что ж, — Лея небрежно прошлась вокруг голопроектора, задумчиво сцепив руки. — Если вас интересует именно официальная позиция, то я готова озвучить ее в публичном заявлении, которое вы обязали меня сделать, признаться, довольно варварским способом. Если же вам нужно личное мнение, я озвучу его прямо сейчас. Итак, меня крайне не устраивает ваш незаконный авторитаризм в вопросах будущих военных действий. Напомню, каждый шаг необходимо согласовывать с союзными мирами путем официального голосования.
— Вы же сами прекрасно знаете, что это невозможно, — за промелькнувшей на губах канцлера улыбкой скрывалось пренебрежение идеалистическими воззрениями генерала Органы. — Если мы станем придерживаться официального протокола, то нам придется затягивать с решением всякого, даже самого пустякового вопроса. В период войны принято наделять главу Республики особыми полномочиями главнокомандующего армии, вам это известно.
— Разумеется, известно. Как и то, что последний из канцлеров, наделенный этими самыми полномочиями, погубил Республику и ввергнул галактику в хаос тоталитаризма, — парировала генерал. — К тому же, вопрос о предоставлении особых полномочий также должен решаться в сенате с привлечением глав воинских подразделений.
Викрамм, явно уязвленный, отвечал, насупив губы, что сейчас этот вопрос активно рассматривается сенаторами.
— Что касается высших военных чинов, то в их составе не достает только вашего присутствия, — добавил он.
— Мое присутствие вовсе не обязательно, — заверила Лея. — Я временно переложила свои обязанности на адмирала Акбара. Странно, что вас не известили об этом, — в ее голосе присутствовало ровно столько яда и желчи, сколько допускалось правительственным этикетом. — Согласно протоколу…
— К сарлакку протокол, генерал! — раздраженно произнес канцлер. — Решается судьба галактики. Ваше право или принять в этом непосредственное участие, или вовсе сложить с себя полномочия главы Сопротивления. К слову, — столь же ядовито заметил мужчина, — какой частью протокола руководствовались вы, приняв единоличное решение о нападении на «Старкиллер»?
Лея возмущенно вздохнула и на миг прикрыла глаза, чтобы справиться с накатившим гневом. Весь этот разговор заставил ее живо припомнить, по каким причинам она несколько лет назад, фактически, оставила сенат, и по сей день не стремилась туда возвращаться. Викрамм, как и другие, ему подобные люди, такие просветленные и нелепые, с высокопарным говором и сумбурными мыслями, со сложным этикетом и двусмысленной моралью, служили насмешкой над всем, во что она верила и за что боролась на протяжении всей своей жизни, положив, к слову, столько усилий и претерпев столько потерь, сколько ни одному из них даже не снилось. Новая Республика шла по стопам прежней, повторяя ее же ошибки; вероятнее всего, что другой она и не могла быть. Причина крылась в самой политической модели, в самой установке, положившей народу опираться на мнение избранных, а самим избранникам — заботиться, в первую очередь, о собственном благе. Эта модель, по природе своей неповоротливая и малоэффективная, создавала барьер между широкой общественностью и привилегированным кругом власть имущих, который не преодолеть даже посредством времени.
Генерал отдавала себе отчет, что в определенном смысле пошла по стопам отца, предпочтя убогой болтовне реальные действия — таков уж от рождения ее характер и ее жребий. Да, в ее действиях присутствовал элемент демарша, Лея даже не скрывала этого. Но и сознавая явную свою пристрастность, не отступала от намеченного пути.
— Это решение было принято в исключительном порядке, — сказала она, — поскольку имела место прямая угроза нашей базе на Ди’Куар. Опять-таки, я удивлена, что вам об этом ничего не известно.
— У вас имеются доказательства? — осведомился Викрамм.
Лея с довольным видом кивнула.
— Имеются. Копия перехваченных данных вражеской разведки.
— А кто подтвердит ее подлинность?
— Можете назначить экспертизу, если вам не жаль тратить время и средства. За подлинность я ручаюсь.
Трудно судить, чем мог бы окончиться этот увлекательный обмен колкостями, такой, к сожалению, привычный для всякого бойца политической арены, если бы комлинк на поясе генерала Органы не возвестил тревожным голосом Хартер Калонии о необходимости поспешить в медицинский центр. Доктор поостереглась говорить о сути дела иначе, как с глазу на глаз, однако подчеркнула и ни единожды, что Лее следует прибыть так быстро, как это только возможно. Очевидно изменившись в лице, та обещала, что не задержится.
— Прошу простить меня, канцлер, — сказала она, как только прибор в ее руке умолк, — вы сами слышали, дело не терпит задержки.
