Райла была ровесницей генерала Органы. Эффектная, не лишенная экстравагантности, кажущаяся молодой и не меняющейся с течением лет. С кожей оттенка красного яблока и неизменной прической из тугих белоснежных кос. Она любила платья с глубоким вырезом. Любила бывать в центре внимания и окружать себя лишь самым лучшим. Ее изумрудные, сверкающие живой, ясной мыслью глаза, наверное, постоянно смеялись.
Собственно, говоря о некоторой своей родне на Эспирионе, Лея Органа имела в виду, в первую очередь, ее, Райлу — единственную, кто могла хоть чем-то помочь. А прочие отдельные родственники, давно оборвавшие связи с другими колониями Альдераана, не в счет.
Получив сообщение с корвета, Райла направилась встречать прибывших гостей — разумеется, добрых и почетных — при целом эскорте приближенных, заместителей и личных охранников губернатора. Лея, поневоле привыкшая к помпезности за свою немалую жизнь политика, и та несколько смутилась, а Бранс и Иматт вовсе начали откровенно хмуриться.
— Дорогая кузина, — Райла, завидев генерала, сейчас же двинулась к трапу, на ходу сердечно расставляя руки. Ее лицо приняло выражение такого трепетного и возбужденного радушия, которое являлось подлинным отражением духа этого мира. Всех дальних родственников губернатор, не мудрствуя попусту, именовала «кузенами» и «кузинами». — Каким космическим ветром тебя занесло в наше захолустье, да еще и при некоторой свите, как я погляжу?
Органа ответила ей, взяв те же высокие ноты, тот же карикатурно-напыщенный, озорной и счастливый тон.
— Дорогая, можешь считать мой визит сугубо неофициальным, натуральной старушичьей прихотью, — сказала она. — Общественные дела страшно меня утомили. Вот и решила отдохнуть немного в компании друзей.
Райла всплеснула руками.
— Ах, не поверю! Не поверю, что ты, известный трудоголик, вдруг решила взять отпуск, да еще в такой час, когда галактика вновь на грани войны.
— Ошибаешься, кузина, — лицо генерала вдруг потемнело, — мы уже перешли за грань. Война теперь неизбежна.
— Тем более, — Райла игриво погрозила пальцем в воздухе. — Не пытайся меня провести, кузина.
— И не думала. Мы поговорим чуть позже с глазу на глаз, и я расскажу тебе, с какой целью мы здесь. А пока, гляди-ка, кого я привезла тебе!
Сказав это, она с загадочным видом посторонилась, давая губернатору увидеть немного взъерошенного с дороги По. Весь ее вид еще оставался угрюмым, но губы ее улыбались.
— Ах, По Дэмерон, милый мой мальчик! — губернатор тут же заключила его, сконфуженно умолкшего, в объятия и расцеловала в обе щеки.
Они виделись в последний раз, когда По еще служил пилотом в составе республиканского флота в качестве командира эскадрильи «Рапира».
— Как же я по тебе скучала! — декламировала Райла. — Каким же большим, бравым ты стал! А почему на тебе лица нет? Слышала, что Лея не дает тебе продыху, это правда?
Вдруг, пристыженно стихнув, она провела ладонью по его лицу.
— Ты был в плену?
— С чего вы взяли? — осведомился По, опустив глаза.
— Известное дело, мальчик, бывших пленников Первого Ордена видно сразу. Мука остается в их глазах; она видна, как ее не прячь. Таких на нашей планете все больше и больше. Те, кому посчастливилось выжить, рассказывают ужасные вещи.
— Да, Первый Орден не церемонится с военнопленными, — По многозначительно хмыкнул.
Райла вновь его обняла — на этот раз спокойнее и крепче. Затем, оглядев прибывших, весело предложила:
— Давайте уже проедем в мою резиденцию, там и потолкуем.
Они дружным строем направились к репульсорной яхте, дожидавшейся губернатора в дальнем конце посадочной платформы.
Дорогой Лея оглядела наметанным глазом окружение Райлы. Львиную его долю составляли альдер-эспирионцы, отличимые от коренных обитателей благодаря относительно высокому росту и «человеческому» оттенку глаз: карие, зеленые, серые. В сравнении с гибридными отпрысками своего народа истинные эспирионцы выглядели неказистыми, низкорослыми и грубовато-забавными. В свите губернатора присутствовали и те, и другие, что косвенно свидетельствовало о стремлении Райлы соблюдать необходимую дипломатическую меру, не ущемляя никого.
