Когда начало темнеть и лишь одно «солнце» светило ещё немного на небе, подруги решили остановиться на ночлег и бессильно рухнули на «землю», тут же уснув. Никто из них не подумал дежурить и беречь сон друг друга от возможного нападения. Думать не было сил. Тела их были изнурены, разумы затуманены. Уснули они моментально, а мимо них, через несколько минут, прошла незваная гостья, направляясь, по следам Дмитрия, к тому же порталу,что и он… А подругам снился сон, участницами которого, на этот раз, были обе они.
«Альфовцы», когда стемнело, решили не идти в ночи, а устроится на ночлег, не оставляя дозор, в связи с тем, что им никто не встречался на пути и по причине пропажи Надежды в предыдущую ночь, решив что будучи рядом, никто из них пропасть не сможет. Они улеглись плотным кругом: голова к голове, друг напротив друга, легли Алиса и Тимур; Сергей и Олег. Действительно, утром никто из них не пропал. А ночью они видели сон. Только на этот раз это был не один — на всех сон, а один — для всех. Присутствовали в нём все вчетвером и снился он всем им одновременно.
Сны «подруг».
Макс, стоящий на голове прямо на огромном столе, заполненным всевозможными яствами и угощениями. Он просто стоит на голове и ничего не ест. Глаза его широко открыты, он уставился в одну точку. Даша и Лена кричат во всю мощь своих лёгких, но не могут быть услышаны. Такое впечатление, что Максим медитирует…если бы не его глаза. В них пустота и ещё что-то…
О, да это же ЕГО величество БЕЗУМИЕ! Обе подруги понимают, одновременно, что Максим Орлов сошёл с ума. Где бы он ни был сейчас, это уже не тот человек, которого они знали. Его разум затмила темнота и нет в нём ни малейшего шанса на появление света.
Пещера. Снова Нео. Снова предлагает ящерицу (или что это у него?) подруги отказываются но уже не так категорично. Нео смеётся и говорит:
— Завтра. Завтра вы уже не откажетесь. Завтра вы будете здесь, со мной. Не только плоско, но и
Поиграем с вами в кошки-мышки…вы ведь любите играть, не так ли? — Нео снимает очки и вновь своими круглыми чёрными глазами внимательно изучает двух «подруг». Взгляд его немигающих чёрных глаз пугающе стремительно пронзает лобные кости Дарьи и Елены и прощупывает их мозги, в поисках каких-то, известных и нужных лишь ему, сведений.
От этих ощущений обе женщины вот-вот сойдут с ума…и переносятся…
…Окоп. Крики раненых людей вокруг, звуки стрельбы; невдалеке приземляется, со свистом, мина, оглушая «подруг». Подруги, не понимая где находятся, судорожно смотрят по сторонам и видят большое количество людей, с белыми повязками на рукавах и штанинах, прямо поверх военной формы, стреляющих куда-то из окопа; орущих, плачущих, смеющихся; безумно взирающих, через мушку, на мир и стреляющих не целясь…
Некоторые имеют вид благопристойный и хладнокровно убивают людей по ту сторону — таких очень немного: основная масса людей, обезумев от страха, пытается отстреливаться от атакующей, такой же обезумевшей массы.
Под многими из них, по обе стороны, разящие скверным запахом, лужи испражнений. У многих из них на головах надеты шлемы времён второй мировой войны, которые не защитят даже от осколков 82 мм мины, не говоря уже о прямом попадании даже пистолетного патрона…
У большинства старые автоматы АК, произведённые в 80х годах ХХ веха. Это армия. Армия, загнанная в окоп, пытающаяся отражать атаку превосходящего противника. Снабжение армии столь плохо налажено, что людям лишь по бумагам выдаётся новая форма, новые автоматы и проч. По бумагам же они обеспечены сух. пайками и полевыми кухнями, обеспечены и дронами и бронежилетами, — обеспечены всем. По бумагам.
Подруги, со стороны атакующих, слышат возглас, видимо в мегафон или ещё в какое-то усиливающее устройство: «Слава Україні! Смерть ворогам!» после этого клича, следуют залпы из РСЗО и гаубиц и всё в окопе превращается в кровавое месиво. Всё превращается в фарш из живых людей, перемешанных с чернозёмом…подруги же переносятся…
…Мерное вздрагивание фиолетового, еле заметного в темноте, свечения портала, перед ним какая-то знакомая фигура. Да это же Надежда Никишина. Подруги смотрят непонимающими глазами: как она здесь оказалась, где это «здесь» и почему она одна? Надежда смотрит по сторонам, смотрит себе за спину, будто чувствует чьё-то присутствие в безмолвной пустыне, затем пожимает плечами и смелым, твёрдым шагом идёт к порталу и исчезает в его тумане. Теперь обе подруги досыпают последние часы, перед рассветом, с улыбками на устах. Надежда дала им надежду. Теперь обе они верят в портал, ждущий их где-то впереди и готовы дойти до него во что бы то ни стало, несмотря на свою лень, с которой им ещё предстоит побороться…
Сны «Альфовцев»
…Максим Орлов, зачем то, сидящий в позе йога на огромном дубовом столе, полном разнообразных кушаний. Он сидит с закрытыми глазами, положив руки на ноги. Сидит прямо на тарелках с едой; его это ничуть не смущает.
