Придя на автостанцию на «Крытом», она обнаружила сплошную разруху и беспорядок. И безлюдность. Абсолютная безлюдность в таком, всегда насыщенном людьми, — месте совершенно сбивала с толку и вызывала некий диссонанс. На месте 14го автобуса стоял одинокий ПАЗ, забравшись в который, она обнаружила ключи зажигания.
Рисковать-так рисковать — решила она и с четвёртого раза завела белый автобус. Ознакомившись с органами управления, она решила что они ей напоминают их родную «Волгу», на которой она училась ездить…
Воспоминания тут же захватили
— Ну что, пришло время тебе и самой научиться ездить. Садись, заводи. Я рядом.
Алиса прыгнула за руль. Отец показал как отрегулировать сиденье и зеркала «под неё». Повернув ключ в замке зажигания,
— Теперь выжимай сцеплений, включай первую передачу…да, вот так…умница…затем плавно отпускай и одновременно…ну ничего, заводи ещё. Всё получится!
Какое же счастье было тронуть автомобиль с места и поехать. Алиса закричала:
— Папа, папа, я еду! Ура-а!
— Соберись. Будь внимательна. Вокруг машины и люди. Вот так. Молодец. Теперь давай нажмём на сцепление, снимем с передачи. Да, умница. Теперь тормози и снова трогай…
Поездив около часа, девушка неплохо попривыкла и потом три раза в неделю ездила с отцом, управляя авто. Но тот первый раз запомнился ей больше всего. И папины объятия и его скупые слёзы, упавшие ей на голову и слова: «Ну вот, доченька, ты уже совсем взрослая», — наряду с другими особо радостными или особо грустными событиями,
Автобус. Холод. Ехать. Руль в автобусе был побольше, чем в «Волге», но ничего. Отчаявшаяся девушка, выжав сцепление, врубила, не без хруста, первую передачу и медленно тронула белый промёрзший ПАЗик с автостанции. Через 10 минут она уже включила отопитель и вообще освоилась окончательно, и управляла автобусом если и не как его водитель, то как хороший стажёр, поездивший пару дней.
Проезжая по мосту через реку «Кальмиус», она обратила внимание на следы волков, которых было великое множество и на отсутствие следов людей. Везде по пути ей встречались трупы автобусов, автомобилей и троллейбусов, но не людей. Наконец, разогнавшись после подъёма на проспекте Мира, она поехала в сторону шахты Калинина, чтобы доехать до бульвара Шахтостроителей и повернув налево, вырулить на Ильича. Покидая тем самым мертвый город, в поисках живых людей.
Газ ли закончился или просто что-то поломалось, но случилось это при выезде из Макеевки, в сторону Харцызска. Заводится автобус отказался наотрез. И она, выйдя из прогретого «ПАЗика» в морозный день, решила найти автомобиль или другое средство передвижения. И тут, краем глаза, она заметила какое-то движение в частном секторе по правую её руку.
Это, конечно, были мы с Сергеем. Мы переносили из погреба овощные консервы, которые я уже видеть не мог. Сергей же настоял на том, что скоро появится большая их
Как-будто кто-то ответил бы ей правду, будь он не совсем нормальный или совсем не нормальный… «Майор» многозначительно посмотрел на меня, мол «Я же говорил» и мы пошли на встречу своей, — и
Я немного призадумался, находясь в этой свистопляске снега и ветра. Что же всё-таки происходит вокруг, каким образом выходить из этой ситуации и куда я, в конце концов, собрался и дойду ли такими темпами. Сколько я ни пытался тормозить попутки-все проезжали без остановки. Автобусы ехали или пустые, на большой скорости-домой, или забитые до отказа так что четвёртая часть их задних колёс скрывалась в колёсной арке. На остановке царило безмолвное оцепенение. Все ждали чего-то, не зная сами чего. И тут я обратил внимание на троих человек: довольно-таки пожившую бабулю, лет семидесяти, средних лет женщину-около сорока лет и
Это трио, как-бы не замечая происходящего вокруг, было занято сугубо своим узким мирком. Если быть точнее, весь этот мирок, с виду, крутился вокруг
