– У нас есть ваш водитель. И двое эмеров, которых вы подослали к Кате вместе с киллерами. Вот их показания. – Жанна помахала листком бумаги. – Один только инструктаж для людей-киллеров, в котором описывалось, как именно каннибал обнаружит эмеров и в какой момент нужно открывать огонь, – это нарушение канона. Рядом со мной также стоит Алиса – живой свидетель вашей охоты. Предлагаю вынести на голосование снятие иммунитета с председателя и препровождение его под трибунал!
– Вы не посмеете! На моей территории! Да вы отсюда живыми не выйдете! – Олег Сергеевич вскочил с кресла, но вдруг схватился за грудь, снова сел и стал жадно ловить ртом воздух.
– Хорошо, что я привела с собой защитника. Авгура. Мою дочь, способную воздействовать на кого угодно, в том числе и на вас, – ухмыльнулась Жанна. – Кстати, я напомню, что в экстренных ситуациях не раз возвращали должность авгура – защитника совета. Предлагаю вспомнить об этой традиции.
В зал вошли трое мускулистых людей в черных костюмах, взяли вялого, не оказывающего сопротивления председателя под руки и выволокли прочь. Алиса последовала за ними.
Жанна медленно подошла к пустому креслу председателя и положила руку на спинку.
– Также хочу обратить внимание совета на то, что проект избранного наконец реализовался в полной мере. Надеюсь, теперь вы согласитесь, что Екатерина оправдала все наши ожидания. Она избавила нас от потребности в подпитке эмоциями, подарила возможность любить, а теперь еще и исцелила каннибалов.
– Хотите сказать, что все наши проблемы разом решились? – растерянно спросил представитель Кубани.
– Нет. Конечно нет. Каннибалы появятся снова, когда кому-нибудь из эмеров захочется более ярких ощущений. Или когда снова начнут романтизировать черных и решат им уподобиться. Дикие по-прежнему не знают меры, они слишком подсели на опьянение от эмоций. Цифровая экономика продолжает сокращать наше жизненное пространство – эта проблема тоже никуда не исчезла. Нам просто устроили перезагрузку. Дали возможность начать все с начала. И еще мы впервые способны любить. Возможно, от этого все изменится, – с улыбкой сказала Жанна. – Но самую интересную новость я оставила на десерт. Только сначала одна формальность. Нужно выбрать нового председателя. Я по старой памяти предлагаю свою кандидатуру. Есть кто-нибудь против?
Через два дня Дениса переводили из реанимации в палату. Это означало, что Кате разрешат его навестить. Она сидела внизу у пропускного пункта и ждала, когда позвонят на охрану и внесут Дениса в списки тех, к кому можно пустить посетителей.
На плоском телевизоре на противоположной от Кати стене шел выпуск новостей. Она не следила за ужасами, которые происходят в мире, но неожиданно услышала знакомую фамилию и встрепенулась.
Симпатичная дикторша за кадром читала текст, а на экране шла пресс-конференция Макеева.
– С известного бизнесмена сняты все обвинения. Кроме того, суд встал на его сторону по вопросу управления компанией «ЭМРОН». Основатель соцсети триумфально возвращается в директорское кресло. Господин Макеев заявил, что проект претерпит глубокие изменения и пользователям стоит ожидать революционных нововведений.
Катю окликнул охранник.
– Все в порядке. Позвонили. Проходите!
Сама не зная почему, она спешила, как будто могла опоздать. Пулей пробежала по коридору и вихрем ворвалась в палату.
Дверь со стуком распахнулась. Денис вздрогнул и настороженно посмотрел на Катю, ища в ее глазах тьму. Повисла неловкая пауза. Катя молчала, не зная, с чего начать, а Денису пока никто не рассказал, что происходило после того, как его ранили. Для него Катя, наверное, все еще была королевой каннибалов.
Она поняла, что если они снова угодят в паутину неуклюжих слов, то никогда уже не распутают завязавшиеся узлы. Она поддалась импульсивному решению: подбежала к Денису, обняла его и поцеловала.
Парень тихо ойкнул – рана после операции еще болела, но спустя мгновение ответил на ее поцелуй.
Неловкость и смущение испарились. Как будто нажалась кнопка перезагрузки, и их отношения начались заново. Кате показалось, что это идеальный момент, чтобы отбросить все, что тяжким грузом лежало на душе.
– Привет, – сказала она с улыбкой, – я Катя. И я тебя люблю.
Денис нахмурился, но тут же уловил суть игры и несмело улыбнулся.
– Привет. Я Денис. И ты научила меня любить, так что теперь я тоже люблю тебя.
– А ты хорошо научился? – Она прищурилась и залилась смехом.
– Не проверишь – не узнаешь, – ухмыльнулся он так же, как в ту ночь на мосту.
Они проболтали часа два, не меньше. И о том, что произошло на площади, и о милом и приятном «ни о чем», когда говоришь только то, от чего у любимого человека на губах играет улыбка, и тебе тоже становится тепло и приятно.
Единственное, чего оба старательно избегали в разговоре, – это вопроса о том, что же им делать дальше. Где и как жить, нужно ли продолжать скрываться и если да, то где и от кого. У них не было ответов, да и тема эта пока отзывалась болью.
