— «Определённо без надёжного флота и войска, делать мне там нечего, — задумался я, посмотрев в истории, что сейчас Александрия принадлежала мамлюкам, — а это значит мои планы по поиску монет опять начинают откладываться, нужно в первую очередь заняться тем, что я ранее отложил на потом — обеспечить себе доминирование на море. К тому же, в свете того, что у меня теперь появился личный враг, можно было совместить приятное с полезным и я даже уже знал, как это можно сделать».
— Сеньор Иньиго, — ко мне зашёл Бернард, — к вам прибыл гость, но я попросил его снять жильё, где-то подальше от нас и сказать мне адрес. Думаю, будет лучше, чтобы вас с ним не видели вместе.
Я сразу понял о каком госте он говорит, так что кивнул.
— Согласен Бернард, навестим его лучше ночью.
Так и случилось, под покровом ночи и в окружении только преданных солдат мы наведались в гости к Хуану Рамосу, который изображал из себя купца.
— Сеньор Иньиго, — убийца низко мне поклонился, — поздравляю вас с новым титулом.
— Благодарю, — я повернулся к Бернарду, — оставьте нас барон пожалуйста.
Хуан Рамос изумлённо посмотрел на швейцарца, который кивнул и вышел.
— Вы даровали ему дворянство? — удивился Хуан.
— Он это заслужил, — кивнул я.
Кастилец почесал лоб.
— Сеньор Иньиго, я готов отчитаться обо всех своих тратах за деньги, что вы прислали мне, но прежде, могу я попросить вас рассмотреть одну мою просьбу?
— Разумеется Хуан.
— Я доволен и счастлив видеть то, как развивается моё братство, но всё же это всё тайно и закрыто, а мне бы хотелось иметь большую известность на этом поприще. К тому же это позволило бы мне находить больше детей, отбирая из них лучший материал, а остальные оставались бы просто послушниками, не зная, для чего на самом деле существует само братство.
— Я не знаю сам и не понимаю, как это можно осуществить, поэтому обращаюсь к вам за помощью, ведь мою первую мечту вы так легко осуществили, и я был бы абсолютно счалив, если бы вы придумали, как осуществить и вторую — как сделать наше братство официальным, но с тайным уставом?
Я задумался, в голову приходило только одно решение, но которое было трудно осуществить.
— Почему-то у меня в голове крутится только одно, — я поднял на него взгляд, — рыцарский орден. Вот только чтобы он принял статус легального, нужно чтобы его создал папа, что сам понимаешь, весьма и весьма непросто.
Глаза мужчины широко расширились.
— Рыцарский орден⁈ Сеньор Иньиго, вы настоящий гений! — радостно воскликнул он, — это решило бы сразу все проблемы!
— Несомненно, вот только как уговорить папу на его создание? — скептически покачал я головой.
— Я никуда не тороплюсь, сеньор Иньиго, — быстро заверил меня Хуан Рамос, — но и правда, едва вы сказали про орден, как я тут же понял, что вот оно — лучшее решение.
— Хорошо, я подумаю, как это можно сделать Хуан, — вздохнул я, — но гарантий дать не могу, сам понимаешь, что это весьма сложный процесс, особенно как потом сделать из тебя магистра. Ты не знатен.
— Верно, сеньор Иньиго, — кивнул он, — и тем выше для меня будет такая награда.
Определённо с честолюбием у Хуана Рамоса было всё в порядке, но он был нужен мне, как и его братство. Например, для задания, которое я собирался ему сейчас поручить.
Я достал сумку, которая висела у меня на боку и открыв её, передал ему кипу портретов людей.
— А пока, задание Хуан, — объяснил я ему смену темы, — накупи товаров, возьми самых лучших своих учеников и езжайте в Милан. Поживите, пообтешитесь там и убейте для меня всех этих людей.
— Дворяне? — поинтересовался он, беря пачку в руку.
— Многие, но не все, — объяснил я, — мне неважно, как и когда они умрут, главное, чтобы они покинули этот свет.
— Я понял, сеньор Иньиго, — кивнул он, — это будет отличной проверкой нынешнего выпуска.
— Сам понимаешь, моё имя вообще не должно возникать нигде в их обучении, — заметил я, — я общаюсь только с тобой.
— Разумеется, сеньор Иньиго, — тут же заверил меня убийца, — я понимаю риски.
— Отлично, тогда приступай, — я достал вексель, и передав его ему, — здесь много, но много и целей.
Он взял документ, его глаза расширились, и он аккуратно спрятал вексель туда же, куда недавно убрал и портреты.
— Срока нет, условий нет, — объяснил я ему, — я просто хочу, чтобы они все умерли.
— Так оно и будет сеньор Иньиго, вам не о чем беспокоится, — заверил он меня.
— Я слышал от Бернарда, что у тебя на ферме появились и девочки? — поинтересовался я у него.
— Пришлось брать, сеньор Иньиго, — вздохнул он, — не бросать же умирать их на улицах.
— Позаботься об их воспитании и образовании, служанки в чужих домах нам тоже пригодятся, к тому же они могут стать любовницами хозяев, — цинично заметил я.
— Я тоже об этом подумал, сеньор Иньиго, — согласился он со мной, — да и их охотнее берут в няньки детям.
— Продолжай воспитывать детей, и давать им всем новые дома для работы, — кивнул я, — скоро я переберусь в Кастилию, так что мне нужно будет больше информации о том, что там происходит. Позаботься об этом.
— Слушаюсь, сеньор Иньиго.
