Испытания. Земли Ордена полностью

— Так вот, — донеслась до меня мысль Рейки.

Довольно расточительно использовать для подобного разговора Нефрит Голоса, но это слабый Нефрит, это Нефрит, изготовленный моей семьёй, и у меня, найдётся, кому его вновь наполнить силой.

— Я тебя прошу, Леград…

Я торопливо перебил её:

— Стой! Не говори лишнего даже по Нефриту. Конечно, подслушать их сложно и на это мало кто способен, но давай не будем рисковать на пустом месте. Тем более рисковать вот так, — я обвёл рукой чужих стражников, чужую площадь, десятки любопытных глаз, которые жадно сосредоточились на нас.

— Поняла, Ирал, — кивнула Рейка, оглянулась, а затем, спохватившись, сделал вид, что поправляет пояс.

Мы сейчас со стороны гляделись довольно странно — молчим, машем руками, хмуримся. Выглядим, как два увлечённых разговором Предводителя. Ну, если в среднем на нас двоих, то да, два Предводителя, которые настолько невежливы, что даже не собираются сходить с портальной площадки.

Или и не должны торопиться?

Неожиданно из всего гула мыслеречи площади и города ясно выделилась одна, чёткая, громкая:

— Верный слуга приветствует!

И понятно почему. Она предназначалась именно мне. Озман, глава Знающих Сломанного Клинка узнал, что я появился в городе. Я только что осадил Рейку, которая по нефриту произнесла лишнего, а здесь Озман использовал обычную мыслеречь, которую могу подслушать не только я, но и даже Седой при должной разнице в Возвышении.

Но и осаживать его ещё более глупо. Это нужно делать при личной встрече. К тому же Озман всё понимает и не произнёс ничего, что могло бы выдать его или меня. Мало ли кто так мыслеречью приветствует кого-то в городе?

Старший из местных стражников, словно ожидал, когда я гляну на него, и тут же согнулся в глубоком поклоне:

— Глава Ирал, я… стражник семьи Морлан… — его имя пролетело мимо меня, не задержавшись в памяти, — приветствую вас в городе Пяти Ветров. О вас уже сообщили, старший Удол сейчас прибудет, чтобы лично приветствовать вас и проводить в резиденцию. Прошу, располагайтесь вот тут, старшие, — нам вежливо указали на левую сторону портальной площадки.

Я ответил всего лишь едва заметным кивком. Прошли и давно прошли те времена, когда я кланялся простым стражникам. Всё решает Возвышение. А ещё положение. Главе фракции, пусть даже он всего лишь слабый Предводитель, не к лицу склонять спину перед каким-то стражником. Пусть он тоже Предводитель. Вот будь разница в звёздах между нашими фракциями побольше, не в две звезды, а скажем в пять, то там нужно было бы вести себя повежливей.

И то… Я значит, к Мадам в гости, поднимаюсь на их лестницу, они меня хотят спустить с неё, а я им улыбайся и кланяйся? Очень вряд ли. Я бы себя не вёл так, даже не став главой Сломанных Клинков, а уж сейчас…

— Я только прошу тебя, Ирал, ты не обижайся, — сбила меня с гордых мыслей о хорошей схватке Рейка, и замолчала, продолжая теребить пальцами пояс.

— Интересное начало, — подбодрил я её.

Она вздохнула, покосилась на меня:

— Я была права, когда не хотела сюда переходить. Сила Неба — это хорошо, думаю, я на грани прорыва на следующий этап, но Возвышение — это ещё не всё.

Я, только несколько недель назад отчаянно доказывавший Изарду, что Возвышение — это всё и мне вот прямо сейчас нужно третье средоточие, спорить не стал.

— Ты, конечно, называешь Сломанные Клинки лекарской фракцией, но, снова прости за прямоту, это совершенно не так.

— Сломанный Клинок. Он один, — поправил я её. — Ты понимаешь почему один.

— Э-э-э, — смутилась Рейка. — Да, прости и за это.

— Не лекарская фракция, — вздохнул я, возвращая её к разговору.

Эта, постоянно извиняющаяся Рейка мне не очень нравилась. Что же она хочет мне сказать, раз не похожа сама на себя?

— Да, — кивнула Рейка. — У тебя лекарей ты, да Лиралан. Ты — особый случай, да и Лиралан тебе под стать и всей фракции. Такой же, такой же… Я и слов подобрать не могу, — она поморщилась, затем решительно выдохнула. — Вам обоим только руки-ноги приращивать, да порванное брюхо заживлять. Оба ничего в тонкостях лечения не понимаете.

— А трактаты… — спросил я, и был тут же перебит.